• Facebook App Icon
Please reload

Недавние посты

Банкрот - Шеваров Анатолий Филиппович, полковник центрального аппарата МВД России (или учитесь воровать у сотрудников полиции)

February 15, 2017

1/6
Please reload

Избранные посты

Отмена приговора Черенкову С.В. и Похилюку С.М.

October 9, 2018

 

 

ПРЕЗИДИУМ МОСКОВСКОГО ГОРОДСКОГО СУДА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

от 13 ноября 2015 г. по делу N 44у-289/15

 

        Президиум Московского городского суда в составе:

        председательствующего - Фомина Д.А.,

        членов Президиума: Агафоновой Г.А., Базьковой Е.М., Васильевой Н.А., Курциньш С.Э., Мариненко А.И., Панарина М.М.,

        рассмотрел в судебном заседании уголовное дело по кассационным жалобам адвокатов Трепашкина М.И., Кочкина В.В., Сокальского Б.Б., Габрилович М.А., поданным в защиту осужденных Ч. и П., о пересмотре приговора Пресненского районного суда города Москвы от 26 сентября 2014 года, которым

        Ч., <...>, гражданин Российской Федерации, зарегистрированный по адресу: *, ранее не судимый,

        осужден по ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ к 3 годам 10 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима, со штрафом в размере 250 000 рублей, без ограничения свободы.

        П., <...>, гражданин Российской Федерации, зарегистрированный по адресу: *, ранее судимый:

        18 ноября 2011 года Орехово-Зуевским городским судом Московской области по ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ к 7 месяцам лишения свободы с ограничением свободы на 2 года и штрафом в сумме 700 000 рублей,

        осужден по ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК РФ к 4 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, со штрафом в сумме 150 000 рублей, без ограничения свободы.

        Срок отбывания наказания Ч. и П. исчислен с 22 января 2014 года.

        Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

        Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Московского городского суда от 13 марта 2015 года приговор изменен: из описательно-мотивировочной части приговора исключено указание на совершение П. и Ч. покушения на мошенничество путем злоупотребления доверием; П. назначена для отбывания наказания в виде лишения свободы исправительная колония общего режима.

        В кассационных жалобах адвокаты Трепашкин М.И., Кочкин В.В., Сокальский Б.Б. и Габрилович М.А. просят об отмене состоявшихся судебных решений и прекращении в отношении Ч. и П. уголовного преследования в связи с отсутствием в их действиях состава преступления, либо о направлении дела на новое судебное рассмотрение, полагая, что в данном случае имела место провокация со стороны свидетеля А. и сотрудников полиции, ссылаясь на отсутствие в уголовном деле заявления потерпевшего Р. о привлечении Ч. и П. к уголовной ответственности за хищение у него денежных средств, ущерба Р. действиями Ч. и П. не причинено, сам Р. намерений на вступление в партию "*" не имел, с осужденными не встречался и не был знаком; обращают внимание, что потерпевший Р. в судебном заседании не допрашивался, его показания данные в ходе предварительного расследования оглашены судом без согласия сторон, выводы суда о виновности Ч. и П. основаны на недопустимых доказательствах, в том числе, материалах оперативно-розыскных мероприятий, которые, как следует из показаний понятых В. и И., были сфальсифицированы сотрудниками полиции, некоторые из них в настоящее время привлечены к уголовной ответственности за совершение тяжких преступлений; также указывают на суровость назначенного осужденным Ч. и П. наказания.

        Заслушав доклад судьи Московского городского суда Задорожной З.А., изложившей обстоятельства уголовного дела, содержание судебных решений, доводы кассационных жалоб, выслушав выступления адвокатов Трепашкина М.И., Кочкина В.В., Сокальского Б.Б. и Габрилович М.А., поддержавших доводы кассационных жалоб, мнение заместителя прокурора города Москвы Ведерникова В.В., полагавшего судебные решения оставить без изменения, кассационные жалобы без удовлетворения, Президиум

 

установил:

 

        Приговором суда П. и Ч. осуждены за покушение на мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, группой лиц по предварительному сговору, в особо крупном размере, при следующих обстоятельствах:

        В период времени с * года по * года Ч. по предварительному сговору с П. путем обмана убедили А. в том, что могут оказать содействие во включении его знакомого Р. в состав Высшего совета Всероссийской политической партии "*" за денежное вознаграждение в сумме *, а также сообщили, что в качестве первого платежа А. должен будет передать им деньги в размере *. При этом П. и Ч. повлиять на решение, принимаемое Высшим советом партии "*", не могли, осуществлять содействие во включение Р. в состав партии не намеревались, а полученные от А. деньги собирались похитить.

        * года П. и Ч., находясь в кафе "*", по адресу: г. *, получили от А., действующего под наблюдением сотрудников полиции в рамках оперативно-розыскного мероприятия "*", денежные средства в сумме *, что составляет особо крупный размер, однако распорядиться денежными средствами не смогли, так как были задержаны сотрудниками полиции.

        Вину в совершении преступления П. и Ч. не признали.

        Проверив доводы кассационных жалоб, изучив материалы уголовного дела, Президиум находит судебные решения подлежащими отмене по следующим основаниям.

        В соответствии с ч. 1 ст. 401.15 УПК РФ, основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

        Согласно ч. 2 ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с положениями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

        Однако по настоящему делу указанные требования уголовно-процессуального закона не выполнены.

        Признавая П. и Ч. виновными в совершении преступления, суд первой инстанции в качестве доказательств их вины привел показания потерпевшего Р., свидетелей А., В. и И., участвовавших в качестве понятых в ходе оперативно-розыскных мероприятий, а также письменные доказательства, в частности, материалы оперативно-розыскной деятельности, протокол осмотра места происшествия, протоколы просмотра и прослушивания аудио- и видеозаписей встреч А. с П. и Ч., вещественные и иные письменные доказательства.

        Вместе с тем, ни одно из доказательств по делу, в том числе показания потерпевших или свидетелей, не может иметь заранее установленной силы, а должно быть проверено в совокупности с другими исследованными в судебном заседании доказательствами. В соответствии со ст. 88 УПК РФ каждое из доказательств подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в своей совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.

        Из показаний свидетеля А. следует, что в * года ему от Ч. поступило предложение подыскать человека, который мог бы внести крупную сумму денег за вступление в члены Высшего политсовета партии "*". С этим предложением он обратился к своему знакомому Р., который высказал мнение о незаконности такого способа включения в партию и посоветовал ему обратиться в правоохранительные органы, что он и сделал. * он дал свое добровольное согласие на участие в оперативно-розыскном мероприятии "*" с целью документирования противоправной деятельности Ч. и связанных с ним лиц. Затем он неоднократно встречался с Ч., который также познакомил его с П., пояснив, что он будет обеспечивать включение Р. в политсовет партии. При этом Ч. потребовал за включение в партию "*" *, а также сообщил, что в качестве первого платежа необходимо передать *. Встречи с Ч. и П. он записывал на выданный ему сотрудниками полиции комплекс аудиофиксации, * года он передал Ч. и П. *, после чего они были задержаны сотрудниками полиции.

        В то же время из показаний потерпевшего Р., данных им в ходе предварительного расследования, усматривается, что в * года к нему обратился А., и предложил включить его в Высший политсовет партии "*" за денежное вознаграждение в размере *. Намерений вступать в партию он не имел и предложил А. обратиться в правоохранительные органы с заявлением по поводу незаконного требования денег. Затем он узнал, что А. по предложению сотрудников полиции согласился на участие в оперативно-розыскных мероприятиях в отношении Ч. и иных лиц, по просьбе А. он подготовил пакет документов якобы необходимых для организации процедуры включения его в состав партии "*". При этом согласно показаниям Р., осужденных Ч. и П. он не знал, никогда с ними не встречался и переговоров не вел, своего согласия на включение в партию "*" не давал (том *).

        Как следует из материалов дела, показания потерпевшего Р. имели существенное значение для выводов суда о доказанности вины Ч. и П., однако в судебном заседании он допрошен не был, а его показания, данные в ходе предварительного расследования, были оглашены в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя без согласия стороны защиты (том *).

        Между тем, в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ оглашение показаний потерпевшего и свидетеля, ранее данных при производстве предварительного расследования или судебного разбирательства, допускается с согласия сторон в случае неявки потерпевшего или свидетеля, за исключением случаев, предусмотренных ч. ч. 2 и 6 ст. 281 УПК РФ.

        Несмотря на возражения подсудимых Ч., П. и стороны защиты, суд не принял надлежащих мер к вывозу в судебное заседание и допросу потерпевшего Р., удовлетворив ходатайство государственного обвинителя об оглашении его показаний в судебном заседании.

        При этом суд не принял необходимых мер по проверке данных о местонахождении потерпевшего Р. и необоснованно расценил в качестве обстоятельства, препятствующего его явке в суд, рапорт судебного пристава по * К., согласно которому потерпевший Р. на момент судебного заседания находился за пределами Российской Федерации, в связи с чем доставить его в суд не представилось возможным (том *). Однако данное обстоятельство не входит в перечень, закрепленный в ч. 2 ст. 281 УПК РФ, которое бы предоставляло суду возможность огласить показания потерпевшего, поскольку явка потерпевшего в судебное заседание не исключалась.

        Согласно положениям подпункта "d" пункта 3 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, каждый обвиняемый в совершении уголовного преступления имеет право допрашивать показывающих против него свидетелей или иметь право на то, чтобы эти свидетели были допрошены, и иметь право на вызов и допрос свидетелей в его пользу на тех же условиях, что и для свидетелей, показывающих против него.

        Данное нарушение уголовно-процессуального закона, допущенное судом, с учетом того, что на стадии предварительного расследования обвиняемым Ч. и П. не была предоставлена возможность проведения очной ставки с потерпевшим Р., в ходе которой они могли бы задать ему вопросы, касающиеся фактических обстоятельств дела, свидетельствует об ограничении прав обвиняемых, гарантированных уголовно-процессуальным законом и международными нормами, нарушении принципов состязательности и равноправия сторон и несоблюдении процедуры судопроизводства, что могло повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора.

        Кроме того, в соответствии со ст. 89 УПК РФ в процессе доказывания запрещается использование результатов оперативно-розыскной деятельности, если они не отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам уголовно-процессуальным законом. При этом результаты оперативно-розыскных мероприятий могут быть положены в основу приговора, если они получены в соответствии с положениями закона.

        Однако законность проведения оперативно-розыскных мероприятий должным образом судом не проверена.

        Так судом не дана надлежащая оценка показаниям допрошенных в судебном заседании свидетелей И. и В., которые пояснили, что они принимали участие в оперативно-розыскных мероприятиях только * 2014 года в день задержания Ч. и П., все иные документы, в частности, акты выдачи и возврата аудиовидеозаписывающей аппаратуры и прослушивания аудиозаписей они подписали по просьбе сотрудников полиции и следователя в день задержания П. и Ч., в другие дни они участия в оперативно-розыскных мероприятиях не принимали (том *).

        Как следует из материалов дела, оперативно-розыскные мероприятия в отношении Ч. и П. проводились на основании постановления о проведении ОРМ "*" от * года (т. *), при этом в деле имеются акты добровольной выдачи и прослушивания аудиозаписей разговоров между А. Ч. и П. * года, в которых имеются подписи В. и И., отрицавших в суде свое участие в проведении указанных мероприятий, за исключением * года.

        Однако суд в приговоре не указал мотивы, по которым отверг показания свидетелей И. и В., данные в судебном заседании.

        Указанные выше нарушения уголовно-процессуального закона не были устранены и судом апелляционной инстанции.

        При таких обстоятельствах, Президиум не может признать состоявшиеся судебные решения законными и обоснованными, а доводы кассационных жалоб адвокатов Трепашкина М.И., Кочкина В.В., Сокальского Б.Б. и Габрилович М.А. об отмене судебных решений заслуживают внимания.

        При новом рассмотрении уголовного дела суду следует обеспечить полноту судебного разбирательства, дать надлежащую оценку каждому из доказательств, в том числе, и результатам оперативно-розыскной деятельнос