Проект прений по делу Мурашкина С.А.

April 15, 2018

 

                                                      В Коптевский районный  суд города  Москвы 

                                                      председательствующей по делу

                                                      судье  Петровой  А.Г.   

                                                      ------------------------------------------------------          

                                                      125130, г. Москва, ул.Космодемьянских Зои и

                                                       Александра, дом 31, корпус 2   

                                                                                

                                                 от адвоката КА «Трепашкин  и  партнеры»

                                                       города Москвы Трепашкина Михаила

                                                       Ивановича,   рег. № 77/5012   в  реестре 

                                                       адвокатов гор.Москвы, адрес 

                                                       коллегии  адвокатов: 119002, гор.Москва,                

                                                       ул.Арбат, дом 35, офис 574,  …

 

                                                       в защиту интересов обвиняемого

                                                       Мурашкина  Сергея  Анатольевича

 

                          «Arbitrium liberum»   («Доказательства  взвешивают,  а  не  считают»)

 

 

ВЫСТУПЛЕНИЯ  В  ПРЕНИЯХ

и  формулировки  решений  по  вопросам,  указанным

в  пунктах 1-4  части  первой статьи  299 УК  РФ

 (в соответствии со  ст.292  УПК РФ)

тезисы

 

Город  Москва                                                                    «        »  марта  2018  года

 

       Ваша  честь!

       По  результатам  судебного разбирательства  можно  сделать  один  вывод:

       Мурашкин  С.А.  невиновен  в  совершении  преступления,  предусмотренного  ч.4 ст.159  УК  РФ,  и невиновен  в  совершении  преступления,  предусмотренного  ч.3  ст.30,  ч.4  ст.159  УК  РФ,   поэтому подлежит  оправданию  по  обоим  вмененным  ему  предварительным  следствием  составам  преступлений.

 

        Исследованные  в  судебном  заседании  доказательства  еще  раз  подтвердили  доводы  защиты,  изложенные  еще  в  отношении  к  обвинению,  о  том,  что  Мурашкин  С.А.   не  имеет  отношения  к  деяниям,  совершенным  Черпаковым  С.И.  в  апреле-мае 2010 года (квалифицированы  следствием как подделка  документов),  а  также  в  2011 году (подача  исковых  заявлений  в  арбитражный  суд  о  возвращении  задолженности  и  подача  заявления  о банкротстве,  которые  квалифицированы  следствием  по  ст.303  УК  РФ),  а  также  не  обнаружилось   признаков  каких-либо  мошеннических  действий,  образующих  покушения Мурашкиным  С.А.  на  имущество  ОАО  «ПРП».

 

       В  целом  об  обвинении и  по результатам  судебного разбирательства можно  сказать 2-мя  короткими  фразами:

 

       Украл  Сидоров,  а  обвиняемым сделан  Петров. 

          Роль  Петрова  определена  была  предварительным  следствием моему  подзащитному Мурашкину  Сергею  Анатольевичу.

 

         То не складно, что сшито не ладно. 

        Все  фразы  о какой-то  «подконтрольности»  моему  подзащитному  Мурашкину  С.А.  чужого  предприятия  - ООО  «ТЦ  Армейский»,  о  покушении  завладеть  имуществом  Минобороны  России,  а  также о  том,  что  договор  о  совместной  деятельности заведомо  был  фиктивным   -  умышленная  противоправная (преступная)  подгонка  обвинения  путем  фальсификаций,  которая  видна  даже  стороннему лицу,  ибо  «подконтрольность»  должна  подтверждаться  конкретными  доказательствами  и  фактическими  обстоятельствами,  а не  голыми  бездоказательными фразами  заинтересованных  лиц.  Я изложил этот  постулат  в  отношении  к  обвинению  27  ноября  2017 года и  он  остался  непоколебимым  в  ходе  судебного разбирательства,  ибо  сторона  обвинения  не  представила

       ни  одного доказательства, 

       ни  одного  фактического обстоятельства,  что  Мурашкин  С.А.   хотя  бы  каким-то,  пусть самым  косвенным образом  имел  отношение 

       к  управлению, 

       руководству  указанным  предприятием,  либо

       имел  возможность  получать  от  него  деньги,  либо

       имел  там  какие-то дивиденды  лично  либо  через  родственников  или знакомых. 

     В  части  якобы  «подконтрольности»  ООО  «ТЦ  «Армейский» Мурашкину  С.А. обвинение   базировалось  на  данных,  которые  в  обиходе  называются  ОБС  («Одна  бабка  сказала»),  а  на  юридическом  языке  - на  предположительных  показаниях

       Лазарева  Д.В.  (не  имеющего отношения  к  ООО  «ТЦ  Армейский»), 

       Короткова К.Г.  (также не  имевшего  отношения  к  ООО  «ТЦ  Армейский»).  Эти лица  ссылаются  лишь на  то,  что  им  якобы  говорил  Мурашкин  С.А.  о  том, что  ООО  «ТЦ  Армейский»  ему  подконтрольно.  Но  Мурашкин  С.А.  не  подтверждает  такие    разговоры.  Следовательно,  источник  их  сведений  не  установлен.  Их  показания  в  этой  части  необходимо  признать недопустимыми  доказательствами на основании  ст.75  УПК  РФ.  Хотел  бы  обратить  внимание  суда,  что  показания  этих  лиц  являются  откровенным оговором  по просьбе  следователя,  что требует отдельного  расследования.  Тем  более,  что  эти  сведения  не  только не подтверждаются  какими-либо  иными доказательствами  и обстоятельствами, но и опровергаются  ими.

 

      При  всем  том,  что  генеральный  директор  ООО  «ТЦ Армейский»   Черпаков  С.И.  не  подтверждает,  что Мурашкин  С.А.  имел  какое-либо отношение  к  его  фирме. 

      Не  подтвердили  это  последующие  руководители  ООО  «ТЦ  Армейский»:

     -   Кукуев  В.В.,  генеральный  директор  ООО  «ТЦ  Армейский»  в  2012-2013  гг.,

     -  Мазанов  Д.Н.,  генеральный  директор ООО  «ТЦ  Армейский»  в  2014-2015  гг.,

     -  Афонин Д.В.,  учредитель ООО  «ТЦ  Армейский»  и  др.

 

      С  чего  вдруг  обвинение  утверждает  о  том,  что  фирма  руководителей  в  рахное  время   и  учредителей Черпакова  С.И.,  Кукуева  В.В.,  Мазанова  Д.Н.,  Афонина  Д.В.    является  «подконтрольной»  Мурашкниу  С.А.?

 

      Нет  ни  одного  документального  подтверждения, что  Мурашкин  С.А.  имел  хотя  бы  косвенное  отношение  к  ООО «ТЦ  Армейский»,  не  говоря  уже  о  контроле над  этим предприятием.  Однако,  об этом  я  скажу  чуть  дальше.

 

      Именно  такие  дела,  как  обвинение  Мурашкина  С.А. в  мошенническом  хищении по  данному  уголовному делу,   Президент  России  Путин  В.В.  назвал  конкретным  словом:  «Сумасшествие».

 

       Общие  замечания  по результатам  исследованных  доказательств  обвинения:

       а) очевидно имеется  объективное  вменение  по  сумме якобы совершенного хищения  и  по сумме, на которую  якобы  «покушался»  Мурашкин  С.А.;

       б)  совершенно не  раскрыто (не  отражено,  не  видно),  как  Мурашкин  С.А.  контролировал  ООО  «ТЦ  Армейский»,  если он  не  мог  произвести  там  ни одного  руководящего  действия, не  мог  дать кому-либо  указания,  не  являлся  ни руководителем,  ни  учредителем  этого  предприятия,  там  не  работали  его  родственники  либо  друзья.   Мурашкин  С.А.  не  имел  и  не  имеет  каких-либо  полномочий  и  возможностей получить  от  ООО  «ТЦ Армейский» хотя  бы копейку;

       в) следователем  неправильно  применен  уголовный  закон,  ибо  нельзя  вменять  как  хищение ту  сумму,  на  которую  были  реально  выполнены работы  для  потерпевшей  стороны.  И  это  установлено  судом;  

       г) нарушены  положения  ст.90  УПК  РФ  касательно  действительности договора подряда от  23  ноября  2011 года,  так  как  арбитражный  суд  установил,   что эта  сделка  была одобрена советом  директоров 15  октября 2009 года,  что  подтверждается  протоколом  № 09/10/15 (действительность  его не  оспаривается);

       д) указан  признак  другой   части  ст.159  УК  РФ,  отсутствующий  в  диспозиции  ч.4  ст.159  УК  РФ,  которая  вменяется  Мурашкину  С.А.  Необоснованно  указано  «с  использованием  своего  служебного положения»  В  ч.4  ст.159  УК  РФ  такого признака  нет;

      е)  неправильно  применен  уголовный  закон  в  части квалификации  как  оконченное  хищение  денег  в сумме более  10  млн.рублей,  которая  никогда не  передавалась  ни ему,  ни  кому-либо другому,  что  явно  следует  из  зачитанного текста  обвинения;

      ж)  обвинение  было  построено на  недопустимых  доказательствах;

      з) обвинительное  заключение было  составлено  с нарушением  ст.220  УПК  РФ  и  с  явными  элементами  фальсификации.   

      Уголовное  дело  было  передано  для  рассмотрения  в  Коптевский  районный  суд города  Москвы  с нарушением  подсудности.

 

          Кроме  того,  в  судебном  заседании  подтвердились  факты  откровенной  фальсификации  показаний  свидетелей  обвинения,  изложенные  в  обвинительном заключении  следователем.  Это  явное  превышение  следователем своих должностных  полномочий,   что должно  влечь  уголовную  ответственность.  Надеюсь,  что  суд  отреагирует  на  эти  факты  в  соответствии  с  ч.4  ст.29  УПК  РФ.

 

      Более  конкретно  по  сути обвинения  Мурашкина  С.А.  и  представленных   обвинением  в  суд  доказательствах:

 

     I.     Касательно обвинения Мурашкина С.А. по ч.4 ст.159 УК РФ (как оконченного преступления в последней редакции статьи УК РФ).

 

           Я  особо  подчеркиваю редакцию ч.4  ст. 159  УК  РФ,  ибо  в  ходе  предварительного расследования  Мурашкину  С.А.  предъявляли обвинение  в  такой  ее  редакции,  которой никогда  не  существовало.   По  моей   жалобе обвинение  было изменено.

           Кроме  того,  вопрос  о редакции  части  4  статьи  159  УК  РФ  возникал  по причине  того,  что  следователь   и  надзирающие  прокуроры  до окончания  предварительного расследования так  и не  ответили  на  мои ходатайства  разъяснить  обвиняемому  Мурашкину  С.А.,  в  каком  году   было совершено  им «мошенничество»    как  оконченный  состав  преступления:

       - в  2009  году,  когда  составлялся договор подряда?  Замечу,  что  не  фиктивный,  а реальный  договор  подряда,  что  установлено рядом  судебных решений,  вступивших  в  законную  силу;

       -  в  2010 году,  когда  Черпаков  С.И.  начал  производить ремонт и  сделал  в  период  с  30  апреля  по  17  мая,  как  он  стал  указывать на  повторных допросах,  приписки, изготовив  лично  и подписав  документы  с  превышением  объема  ремонтных работ?

       -  в  2011  году,  когда  Черпаков  С.И.   подал  гражданских  иск  в  арбитражный  суд  Новосибирской области  и  выиграл  суд  на  сумму  42  млн. 429  тыс. 93  рубля  71  коп. ?

       -  в  2012  году,  когда  началась  процедура  банкротства  ОАО  «ПРП»  по  ряду  задолженностей  перед  многими  организациями  (предприятиями),  где  ООО  «ТЦ  Армейский»  считалось  кредитором  3  очереди?

       -  в  2013  году?   Когда неизвестно,  кто и  что делал.

       -  в  2014  году,  когда   конкурсный  управляющий Федотовских М.Е. по решению   арбитражного  суда  Новосибирской области  от 18  ноября  2011 года перечислил  часть  задолженности со  счета  ОАО  «ПРП»  в  Екатеринбурге  на  счет   ООО  «ТЦ  Армейский»  в  Новосибирске?  (Отмечу, что  Главная  военная  прокуратура  ответила,  что эти  деньги  к  хищению,  якобы  совершенному  Мурашкиным С.А.,   -   отношения  не  имеют).

       Длящимся  и  продолжаемым   мошенничество  в  данном  случае  не  может  быть,  ибо  задействованы  разные  лица  и  совершаются  ими совершенно  разные  действия  в разные  годы.  А  перечисляются  деньги  по  гражданско-правовому  спору в  сфере  предпринимательства  (появляется  их  обладатель  и распорядитель)   лишь  18  декабря  2014  года.  И  это лишь  как  последствие  предыдущих  действий генерального директора  ООО  «ТЦ  Армейский»  Черпакова  С.И.  в  период  с  декабря  2009  года  по  17  мая  2010 года (именно  тогда  по тексту  обвинения образовалась  сумма  задолженности  42.429.093  рубля  71  копейка).

 

       В  судебном  заседании  также  не  было  установлено,  когда  же  совершены  именно  мошеннические (хищение  или получение  права на  имущество   ОАО  «ПРП» путем  обмана),  хотя  эти обстоятельства  имеют  важнейшее  значения  для  квалификации  деяний,  для  определения,  в  какой редакции  действовала  вменяемая  статья  159  УК  РФ.

 

       Насколько  обоснованно   с  точки  зрения  уголовного  права  в  обвинении  указано,  что  Мурашкин  С.А.  совершил   хищение  в  период  с июля  2009  года  по   16  декабря  2014 года  в  г.Москве  и   в  г. Новосибирске?

       С точки зрения  уголовного  права,  такое  указание  было  бы закономерно,  если уже  с  июля  2009 года стали известны  факты  какого-либо хищения.  И  за  весь  период  должны  быть установлены   именно хищения,  то  есть  в  2010  году,  в  2011 году,  в  2013  году  и  в  2014  году.  При  том,  за каждый  год должна  быть  установлена   сумма  похищенного путем  мошенничества, которая  в  итоге  может  быть объединена  при установлении  единой  цели  действий.   Обвинение  взяло  произвольно  период  времени  с момента  заключения  договора  подряда  ОАО  «ПРП»  с  ООО  «ТЦ  Армейский»  (что  не  является  хищением) и  до  окончания  даже  не их  спора  за  оплату  ремонтных  работ  (судебное  решение  вступило  в  силу  еще  в  2011 году),  а  с  момента  получения  юридическим  лицом  -  ООО  «ТЦ Армейский»  части причитающейся  им  по  суду  суммы  долга.  Это  еще  раз  подтверждает,  что  в обвинении  не  указана  точная  дата  и  место  совершения  Мурашкиным  С.А.  именно хищения.

 

      Мурашкин  С.А.  как  обвиняемый,  как  подсудимый   в  соответствии  с  УПК  РФ  имеет  право знать  ответы  на эти вопросы. Указание  о  времени  совершения  мошенничества  как  оконченного  состава преступления -  обязанность  органа предварительно расследования.  Однако, оглашенное обвинение  не дало ответы  на указанные вопросы  о  времени  совершения преступления.    А  ведь  они  имеют  важнейшее  значение  как  для  квалификации  действий  Мурашкина  С.А.,  так  и для  подсудности  дела.

 

      Не  буду  заниматься  ликбезом,  однако  считаю  уместным  упомянуть  положения  ст.9  Уголовного  кодекса  Российской  Федерации:

      Статья 9  УК  РФ  («Действие уголовного закона во времени»).

      1. Преступность и наказуемость деяния определяются уголовным законом, действовавшим во время совершения этого деяния.

      2. Временем совершения преступления признается время совершения общественно опасного действия (бездействия) независимо от времени наступления последствий.

 

           Орган  предварительного расследования  в  лице  следователя  ГВСУ  СК  РФ Багирова Т.С.  квалифицировал  деяния  Мурашкина  С.А.  именно  по  последствиям,  в нарушение  ч.2  ст.9  УК  РФ.   А  это  повлекло  нарушение  подсудности  при направлении  уголовного дела  в  суд.

          В  арбитражный суд Новосибирской области  Черпаков  С.И. обратился  еще  в  2010  году,  когда  действовала  одна редакция  ст.159  УК  РФ,  когда подавал  заявление  о  банкротстве  -  другая.  Это  если  исходить из  того,  что это были  мошеннические  действия.  Тем  не  менее,  органы  предварительного расследования  и  Главная  военная  прокуратура   квалифицировали  их  по  ст.303  УК  РФ.    Спрашивается,  на  каком  тогда  основании Мурашкина  С.А.,  якобы  посоветовавшего  Черпакову  С.И. обратиться  в суд, то  есть совершить  деяние,  подпадающее  под признаки  ст.303  УК  РФ,    обвиняют  не  по  ст.303  УК  РФ  (как  подстрекателя),  а  по  ст.159  УК  РФ?   Отвечу,  исключительно  в  целях  фабрикации  обвинения  в  отношении  невиновного  Мурашкина  С.А.

 

       Это как  бы  общие  вопросы  отношения  к  обвинению.  По  конкретным  обстоятельствам:

 

       Мурашкин  С.А.  обвиняется  органами  предварительного расследования в том,  что  им лично как   исполнителем  преступления  в  период  с  июля  2009 года по  16  декабря   2014  года  в  городе  Москве  и  в  городе  Новосибирске,  с  использованием  своего  служебного положения  (в  период  с  июля  2009 года по 18  ноября  2011 года)  совершено мошенничество,  то  есть 

        хищение чужого  имущества и

        приобретение права  на  чужое  имущество

     путем  обмана  и злоупотребления  доверием,  в  особо  крупном размере,  на  денежные  средства  ОАО  «ПРП»  в  сумме   42.429.093  рубля  71  копейка,  чем  он  нарушил   имущественные  интересы  учредителя  -  Российской  Федерации  в  лице 

        Минобороны  России,  а  также 

        субхолдинга  ОАО  «Оборонстрой»  и

        холдинга «Оборонсервис»  (с 1  декабря  2014 года  АО  «Гарнизон»), 

то  есть  совершил  преступление, предусмотренное  ч.4  ст.159  УК  РФ.

 

      Вместе  с  тем,  не  указано:

 

      а)   какую  часть  из  указанной  суммы в  42  млн.429  тыс. 93  рубля  71  коп.  Мурашкин  С.А. якобы  похитил  и  на  какую  сумму  приобрел  право.  Любой  юрист  знает,  что это  2  разные формы  мошенничества,  указанные  в  ст.159  УК  РФ,  и  поэтому в  обвинении  должно  быть  четко  распределено,  какая  сумма  именно  похищена,  а  на  какую  сумму  и  какого  именно  имущества  получено  право,  в  какой  форме (свидетельство  о  собственности  и  т.п.).  Лично  я  вижу одно  объяснения  неконкретности  обвинения  в  этой  части:   следователь,  писавший  обвинение  не понимает различия  в  этих  2-х  разных  формах  мошенничества;

 

     б)  на  протяжении  5  лет  и 5  месяцев  (с июля  2009  года  по 16  декабря  2014  года)  похищались  части  имущества  или  оформлялось  как-то  право на  части чужого имущества  -  это тоже не  ясно.  Обвинение  в  этой  части также  не  конкретизировано;

 

     в)  не  ясно,  какие  конкретно  имущественные  интересы  Минобороны  России  были  нарушены  в результате  мошенничества   в  отношении  самостоятельного  коммерческого  предприятия   ОАО  «ПРП»,  когда  и  на  какую  сумму (у  них  лишь  одна  акция   в ОАО  «ПРП»  на  сумму  1.000  рублей).

       Не  ясно,  какие  конкретно  имущественные  интересы  субхолдинга ОАО  «Оборонстрой»  были  нарушены  в результате  мошенничества в  отношении  самостоятельного  коммерческого  предприятия   ОАО  «ПРП»,

                    когда  и 

                               на  какую  конкретно  сумму.  

       Не  ясно,  какие  конкретно  имущественные  интересы  холдинга «Оборонсервис» были  нарушены  в результате  мошенничества в  отношении  самостоятельного  коммерческого  предприятия   ОАО  «ПРП»,  когда  конкретно  и на  какую  сумму.

 

         Согласно  обвинению,  предъявленному  Мурашкину  С.А.  в  окончательной  редакции 30  марта  2017 года,  хищение  совершено  только  у  ОАО  «ПРП».  У  остальных  организаций  ничего не  похищалось.

         Согласно  написанному  в  обвинительном  заключении, Мурашкин  С.А.  похитил  мошенническим  путем  42.429.093  рубля  71  копейку    конкретно  у  ОАО  «ПРП».

 

      В  соответствии  с  уголовно-процессуальным  законодательством  Российской  Федерации,  необходимо было  установить:

 

             Когда   совершено  преступление?

           Где  совершено  преступление?

           Каким  образом  совершено  хищение  денежных  средств или получено  право на  денежные  средства?

       Ответа  на  эти  первоочередные  вопросы  не  дало  предварительное  расследование.  Не  получен  конкретный  ответ на  них  и  в ходе  судебного разбирательства.

 

         Если  основываться  на сомнительных  показаниях  главного  свидетеля  обвинения  Черпакова  С.И., которому  якобы  Мурашкин  С.А. посоветовал  подделать  документы  с  завышением  объема  выполненных  ремонтно-строительных работ,  а  потом  обратиться  в  арбитражный  суд  (что,  кстати,  отрицается  моим  подзащитным  и  больше не  подтверждается  ни  одним  доказательством),  то  этим  действиям  следователь  ГВСУ  СК  ПФ  полковник  юстиции  Багиров  Т.С.  уже дал  квалификацию:

        - ст.327  УК  РФ (касательно  подделки  КС-2  и других  документов  по ремонтно-восстановительным работам),

        - ст.303  УК  РФ  (по  факту обращения  Черпакова  С.И.  в суд  с  заведомо  поддельными  документами).  

          По  обоим  составам  преступления  уголовное  преследование  в  отношении конкретного  исполнителя  -  Черпакова  С.И.    было прекращено  в  связи  с  истечением  срока  давности.

 

      Следовательно,  если  верить  Черпакову  С.И.,  что  Мурашкин  С.А. дал  ему советы  совершить  указанные  выше  действия,  то они  могут  потянуть  максимум на  подстрекательство,  то  есть  ч.4  ст.33,  ч.1  ст.327  УК  РФ  и  ч.4  ст.33,  ч.1  ст.303  УК  РФ.  Это  если основываться на  сомнительных  показаниях  одного  свидетеля  Черпакова  С.И. (других доказательств  нет).  Но  и в  этом  случае,  Мурашкин  С.А. однозначно не подлежал  уголовному  преследованию.

 

       Часть 2  ст.9  УК  РФ  («Действие уголовного закона во времени»)  гласит:

       «…2. Временем совершения преступления признается время совершения общественно опасного действия (бездействия) независимо от времени наступления последствий».

 

         Обязан  ли  был  Черпаков  С.И.  как  генеральный  директор  ООО  «ТЦ  Армейский» исполнять  указания  Мурашкина  С.А.?

         Конечно, нет. Я  как  адвокат  не  смогу  организовать написание  обвинительного заключения  следователем,  тем  более  лицом,  процессуально независимым.  Так  же  и  Мурашкин  С.А. не  мог  организовать  подделку  Черпаковым  С.И.  документов по  ремонтно-строительным работам,  выполняемым  последним  на  объекте   ОАО  «ПРП».

 

         С  какой  целью  Черпаков  С.И.  завышал  стоимость  ремонтных  работ?

          Очевидно, что умышленное  завышение  имеет  целью  требовать  впоследствии  деньги  за  невыполненные  работы, то  есть -  хищение денежных  средств.   Следователи  прекратили  уголовное  преследование   в  отношении  Черпакова  С.И.  за  истечением  сроков  давности  по  ч.3  ст.327  и  ч.1  ст.303  УК  РФ  (использование  заведомо подложного документа  и  фальсификация  доказательств  по  арбитражному  делу).

 

         Прекратив  уголовное  преследование  в  отношении  конкретного  исполнителя Черпакова  С.И.,  обвинение  стремится  последствия   обмана  с  его стороны  (инициирование процедуры  банкротства) рассматривать   как  время  мошеннических  действий  Мурашкина  С.А.,  хотя  в  судебном  заседании   при допросах  свидетелей  обвинения

         Черпакова  С.И.,

         Берсенева  А.А.,

         Шамарова  О.И.,

         Чуйко  И.Т.,

          Гаранина  Д.Н,  а  также исследованными  судебными  решениями  арбитражных  судов  установлена  полная  непричастность  Мурашкина  С.А.  к  подготовке  судебных  исков  и  поддержанию  их  в суде.

 

         Фальсифицируя  обвинение  Мурашкину  С.А.  в  мошенничестве,  следователь  Багиров  Т.С.  умышленно,  без  каких-либо доказательств,  записал,  что  якобы  Мурашкин  С.А.  ОРГАНИЗОВАЛ  изготовление  поддельных  КС-2  и других  документов  по  ремонтно-восстановительным  работам,  а также  организовал  подачу  исков  в  арбитражные  суды.  Эта  фальшь не подтвердилась  в ходе  судебного  разбирательства.   Ни  в  ходе предварительного расследования, ни  в судебном  заседании  так и не  установлено,   каким  образом  якобы  «организовывал»  Мурашкин  С.А.   изготовление  поддельных  документов  и  кем  при этом руководил  как  при  подделке  документов,  так  и  при  подаче  в суд  исковых  заявлений.  Подчеркиваю,  НЕ  УСТАНОВЛЕНО!  Следователь  умышленно записал  фальшь.   Наоборот,  допрошенный  в  судебном  заседании  свидетель Черпаков  С.И.  показал,   что  именно  он  изготовлял  и распечатывал  у  себя поддельные  КС-2  и другие документы  по  ремонтно-строительным  работам,  где  указывал  должностных  лиц  с обеих  сторон  (Черпакова  и  Силайчева),  после  чего  относил  документы  в  офис  к  Емельянову В.Ф.  Кто их  потом  подписывал  в  действительности, он не знает.  Обратно  получал  также  в  офисе  у  Емельянова (офис филиала ОАО  «ПРП») в  Новосибирске.

 

      Органы  предварительного расследования  и  гособвинитель  в суде неоднократно  делали  упор  на  то,  что  Мурашкин  С.А.  якобы  не  имел  полномочий  подписывать  договор  о  совместной  деятельности  от  6  июля  2009 года  и  о нем  якобы не  были осведомлены  руководители  ОАО  «ПРП».  

      Во-первых,  об  этом  договоре  были осведомлены  руководители  ОАО  «ПРП».     

      Во-вторых,  Мурашкин  С.А.  имел  право  подписать такой  договор  на  основании  имевшейся  у  него доверенности. 

      В-третьих,  эти действия не содержат  признаков  объективной стороны  мошенничества,  они  могут  подпадать при определенных  условиях  лишь  под  признаки  должностного  преступления,  предусмотренного  ст.286  УК  РФ.

 

        Вместе  с  тем,  тщательное  изучение  произошедшего,  обстоятельств  дела дает  основания  для  противоположных  выводов  касательно  самого факта  ХИЩЕНИЯ.

 

       Как  образовалась  вменяемая  сумма (согласно  изложенному в обвинительном  заключении)?

       -  17.850.403  рубля  9  копеек  -  это  та сумма,  на  которую  ООО  «ТЦ  Армейский»  реально выполнило  ремонтные работы   в  ОАО  «ПРП»    в  период  с  декабря  2009  года  по  17  мая 2010 года. 

        Этот  факт  ни  кем  не оспаривается  и не подлежит  сомнению;

       -   24.578.689 рублей  81  копейка  -  это  сумма завышения  стоимости ремонтных  работ  при  составлении лично  Черпаковым  С.И.   КС-2  и других  документов,  касательно  производимых   в  ОАО  «ПРП» работ,  в  период  с  30  апреля  по  17  мая  2010 года (как  пояснил  сам  Черпаков  С.И.  в  ходе повторных  допросов  на предварительном  следствии  и  в  судебном заседании).  Черпаков  С.И.  пояснил  в  судебном  заседании,  что  именно он  сделал  приписки  по  объемам  работ  для  того,  чтобы  вернуть  себе  лично  затраченные  на  ремонтно-строительные  работы  суммы  личных  денежных  средств,  то  есть,  чтобы  вернуть свое, не  чужое.  Вернуть  всю  сумму именно  себе (не  Мурашкину  С.А.).

 

       Получается  общая  сумма  42.429.092  рубля  90  копеек  (в  обвинении  почему-то  указана  другая  сумма 42.429.093  рубля  71  копейка),  состоящая  из:

         стоимости  реально  выполненных  работ  на  сумму  17.850.403  рубля  9  копеек   и 

         суммы  завышения  лично Черпаковым  С.И.  стоимости  выполненных работ  на   24.578.689 рублей  81  копейку.

 

        Объективная  сторона  хищения путем  мошенничества (применительно  к  данной  ситуации)  может  рассматриваться  только  с точки зрения  завышения  стоимости  ремонтных  работ  по документам,  что  делал  лично  генеральный  директор  ООО  «ТЦ  Армейский»  Черпаков  С.И.  в  период  с  30  апреля  по  17  мая  2010  года.

        Нельзя  считать предметом  хищения личные деньги  Черпакова  С.И., которые  он реально  затратил на  ремонтно-строительные  работы!  Утверждать  обратное  -  глупость,  некомпетентность  и тупость  либо  умышленная  фабрикация  уголовного дела.

 

          Что  нужно  понимать  под  термином  «мошенничество»?

     Законодатель   в  ч.1 ст.159  УК  РФ  четко разъясняет суть  мошенничества:

     «Мошенничество, то есть хищение чужого имущества или приобретение права на чужое имущество путем обмана или злоупотребления доверием, -…»

 

       Совершал  ли  Мурашкин  С.А.  хищение  денежных  средств  ОАО  «ПРП»?

      Как  видно из  текста  обвинительного заключения  и  из  исследованных  в  ходе  судебного разбирательства  доказательств,  он  не  получил  ни  копейки  из  обозначенной  суммы  «хищения»  и  не  мог  получить  этих  денег.  И  нет  доказательств,  что он  кому-то  передавал  якобы похищенные  деньги.  Не  было на предварительном  следствии   и  не получено в  судебном  заседании доказательств  о  том,  что Мурашкин  С.А.   мог  распоряжаться  какими-либо  денежными  средствами  по  своему  усмотрению  (как  того  требует  разъяснение  Президиума  Верховного  Суда  РФ  в  своем  Постановлении  от  30  ноября  2017 года).

 

       Допрошенные  в  судебном  заседании  руководители  ООО  «ТЦ  Армейский»

       Черпаков  С.И.,

       Кукуев  В.В.,

       Афонин  Д.В.  отрицали  передачу  Мурашкину  С.А.  каких-либо  денежных  средств,  либо  его  какую-либо заинтересованность в  работе  этой фирмы.

 

         Получал  ли  Мурашкин  С.А.  право на  чужое  имущество - ОАО  «ПРП»?

         В  обвинении,  в   тексте  обвинительного  заключения,  в  материалах  уголовного дела,  в  исследованных  в судебном  заседании   доказательствах  не  обнаружилось  ни одного   документа  о  таком  праве  Мурашкина  С.А.

     Сторона  обвинения  в  ходе  судебного заседания   не представила  ни одного доказательства  о  том,  что  Мурашкин  С.А.  получил  хотя  бы  малейшее  право  распоряжаться  имуществом  ОАО  «ПРП»  после  своего  увольнения  из  этой организации,  либо что  он  в  период  с  2009  по  2018  год  получил  документ  о  своем праве  на   какое-либо  имущество  ОАО  «ПРП».

       Сторона  обвинения  не  опровергла  в  соответствии  с  ч.2  ст.14  УПК  РФ    ни один   довод   защиты  о том,  что  у  Мурашкина  С.А. не  было  такого права  и  не назвала хотя  бы  один  документ,  в  котором  было  бы  указано,  что  Мурашкин  С.А.  является  правообладателем  какого-либо  имущества  ОАО  «ПРП». Следовательно,   у защиты  есть все основания  утверждать,  что  обвинение  умышленно  сфальсифицировано,  чтобы  привлечь  к  уголовной  ответственности Мурашкина  С.А.  и  взыскать  особо  крупную  сумму  придуманного  «хищения»,  придуманного  «ущерба»  с  невиновного лица.  

 

        Хотел  бы  обратить  внимание,  что  следователь,  искусственно подтягивая   в  обвинении  Мурашкина  С.А.  факт  решения  суда  о  взыскании  задолженности  с  ОАО  «ПРП»  в  пользу  ООО  «ТЦ  Армейский»  как  якобы  получение  право на  имущество,  не  понимает очень  важной  для  квалификации разницы  в  понятиях

        «право  на  имущество»  и 

        «право  требование  имущества».  

       Вступившее  в  законную  силу решение  суда  дает  лишь  право  получить   исполнительный  лист  и на основании  этого  исполнительного листа  через  судебных  приставов  требовать  передачи  имущества.  Следовало  бы  учесть,  что такие  деяния (если они  имели  место  быть  в  действительности) с  учетом  устоявшейся судебной  практики  квалифицируются  лишь  по  ч.3  ст.30,  ч.4  ст.159  УК  РФ,  то  есть  как  покушение,  а не  как  оконченный  состав.

 

       Необоснованно  в  обвинении  Мурашкина  С.А.  по  ч.4  ст.159  УК  РФ  указывается  сразу  две  формы  мошенничества

       хищение  имущества и

       получение  права  на  имущество  (л.12  обвинительного заключения), 

     хотя  в итоге  речь  идет  лишь  о  перечислении  денег в  сумме  31.753.933  рубля  73  копейки  сторонней  для  Мурашкина  С.А.  организации.

 

     Можно  ли  считать,  что  Мурашкин  С.А.  похитил  17.850.403  рубля  9  копеек у  ОАО  «ПРП»,  если  эти   средства принадлежали  Черпакову  С.И.  и  потрачены  им  на  реально проводимые  ремонтные  работы   на  объектах  ОАО  «ПРП»? 

        Я  считаю,  что  такое  вменение  не  только не  соответствуют     уголовному  праву  России  и УК  РФ,  но и не   охватывается  человеческой  логикой.

 

  Можно ли  считать,  что  деньги,  указанные  в  актах  КС-2:

                      № 1 от 30.04.2010 года,

                      № 3 от 30.04.2010 года,

                      № 4 от 30.04.2010 года,

                      № 7 от  30.04.2010 года,

                      № 8 от 30.04.2010 года,

                      № 9 от 30.04.2010  года,

                      № 11  от  30.04.2010 года,

                      № 12  от  30.04.2010 года,

                      № 13 от 30.04.2010 года,

                      № 14 от 30.04.2010 года,

                      № 15 от 17.05.2010 года,

                      № 16 от 17.05.2010 года  -   похищены  Мурашкиным  С.А.,  если  прямо  в  обвинительном  заключении  указывается,  что  эти  КС-2  составлены  с  завышением  объемов  строительно-монтажных  работ?

 

       Во-первых,  следователь  вменяет  всю  сумму,  обозначенную  в  актах КС-2,  но  не разделяет:

         на  какую  сумму  выполнены реально строительно-монтажные  работы,  и 

         на  какую  сумму  было завышение; 

       Во-вторых,  следствие  не  отрицает  реальность производимых  строительно-монтажных работ,  но  говорит лишь  о   фактах  завышения   объемов  работ  по этим  актам;

       В-третьих,   Мурашкин  С.А.  никогда  не  видел  перечисленных  актов  КС-2,  не  говоря  уже  о  том,  что он  организовал  якобы их  изготовление.   Мурашкин  С.А.  в  указанное время  ни разу не  встречался  с  Черпаковым  С.И.

 

           Не  вызывают  сомнений  следующие  факты,  получившие  подтверждение  в судебном  заседании:

 

         - 22  июля  2011 года  Черпаков  С.И.  лично   подписал  исковое  заявление  о  взыскании  с  ОАО  «ПРП»  задолженности  в  сумме 42.429.093  рубля  71  копейка. 

         Готовил  его  без  какого-либо  участия  Мурашкина  С.А.   

         Ни  один  свидетель  по делу  не  показал,  что  Мурашкин  С.А.  организовывал  (давал  указания,  приказывал  и  т.п.) подачу  иска  в  Арбитражный  суд  в  интересах  ООО  «ТЦ  Армейский».  Не   представлено  стороной  обвинения  ни одного документа о  причастности  Мурашкина  С.А.  к подаче  искового  заявления  от  ООО  «ТЦ  Армейский».  Следователь  в  обвинении  изложил  очередную  фальсификацию;

 

          -  в сентябре  2011 года  Черпаков  С.И. лично  присутствовал  в  арбитражном суде  Новосибирской  области, где  скрыл  факт  завышения  стоимости  произведенных  работ  и  поддержал  в полном объеме  исковые  требования,  в  том  числе на  17.850.403  рубля  9  копеек    за  реально  выполненные  работы  и   24.578.689 рублей  81  копейка  -  завышение  стоимости  работ  по  лично  им  подделанным  документам  (исхожу  из  показаний  Черпакова  С.И.,  которые  он  дал  следователю  после  повторных  допросов,  ибо на  первых  допросах  Черпаков  С.И.  давал  иные сведения);

 

             - 14  сентября  2011 года  арбитражный  суд  Новосибирской области  удовлетворил иск генерального  директора  ООО  «ТЦ  Армейский»   Черпакова  С.И. и  постановил  взыскать  с  ОАО  «ПРП»   задолженность  в  сумме  42.429.093  рубля  71  копейка.  В  решении  суда  указывалось,  что  при  вступлении  решения  суда  в  законную  силу  выдать  исполнительный  лист.

 

        18  декабря  2014  года 9  арбитражный  апелляционный  суд  отказался  отменять  вступившее  в  силу  решение  арбитражного  суда  Новосибирской области  от  11  сентября  2011 года  по  вновь  открывшимся обстоятельствам.

      На  основании  вступившего  в  законную  силу  решения  арбитражного  суда  Новосибирской области  от  11  сентября  2011 года   конкурсный  управляющий   ОАО  «ПРП»  Федотовских  М.Е.    платежным  поручением   №  4301  от  16  декабря 2014  года  перечислил  со  счета  ОАО  «ПРП»  в  филиале «Екатеринбургский»   ОАО  АКБ  «Альфа-Банк»  (г.Екатеринбург)  на  счет  ООО  «ТЦ  Армейский»  №  40702810670000000524   в  филиале «Новосибирск»  АКБ  «Россевробанк»  ОАО (630091,  г.Новосибирск,  ул.Фрунзе, дом 5)   денежные  средства в  сумме  31.753.933  рубля  73  копейки.

 

       В  Определении Конституционного Суда РФ от 16 апреля 2009 года № 422-О-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Тараненко Николая Владимировича на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации указывается:

        «При этом под хищением, согласно примечанию 1 к статье 158 УК Российской Федерации, в статьях данного Кодекса понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества».

 

      Выплата  денег  на основании  вступившего  в  законную  силу  решения  суда  - не может  быть признана   противоправной.

 

       Если  следовать  тексту  обвинения,  то  из  этой  суммы  17.850.403  рубля  9  копеек  -  за  реально  выполненные  ремонтные работы,  а  13.903.530  рублей  64  копейки  -  за  счет  подделки  Черпаковым  С.И.  документов  о  завышении  стоимости  и объёмов  ремонтных работ  в  целях,  как  он  показал  в суде,  возврата  себе  своих  личных  денежные  средств.

        Все  эти деньги,  полученные  на  счет  ООО  «ТЦ Армейский»,  в  том  числе  очевидно  похищенные путем  завышения Черпаковым  С.И.  стоимости ремонтных  работ,  т.е.  мошенническим путем -  13.903.530  рублей  64  копейки,  были  потрачены  (в  основном  выданы  займы  неизвестным  лицам)  в  ходе предварительного расследования данного  уголовного дела  директором  ООО  «ТЦ  Армейский» Мазановым Д.Н.  под  контролем  и  с  одобрения следователя ГВСУ СК  РФ  Багирова  Т.С.,  который  не предпринял  никаких  мер по наложению  ареста  на  похищенные  Черпаковым  С.И.  средства,  если  считать,  что эти  деньги действительно похищены  у  Минобороны  России  путем  мошенничества,  а  в  обвинении  записал,  что  эту  сумму  похитил  Мурашкин  С.А.

 

          Все  изложенное  вытекает  из  неконкретности обвинения. Если   посмотреть  на  ситуацию  глазами  юриста,  то   можно  видеть  следующее:

 

           Генеральный  директор  ООО  «ТЦ  Армейский»  Черпаков  С.И.   в  период  с  30  апреля  по  17  мая  2010 года  в  целях  возврата  лично  потраченных   на ремонтно-строительные работы  денежных  средств  от ОАО  «ПРП»  умышленно внес в КС-2  и другие  документы  заведомо ложные  сведения  о  завышении стоимости  ремонтных работ  на  сумму  24.578.689 рублей  81  копейка.

           22  июля  2011 года  Черпаков  С.И.  лично   подписал  исковое  заявление  о  взыскании  с  ОАО  «ПРП»  задолженности  в  сумме 42.429.093  рубля  71  копейка,  в  том  числе   24.578.689  рублей 81  копейка  по  подложным документам,   а  в сентябре  2011 года  лично  присутствовал  в  арбитражном суде  Новосибирской  области, где  скрыл  факт  завышения  стоимости  произведенных  работ  и  поддержал  в полном объеме  исковые  требования,  в  том  числе  17.850.403  рубля  9  копеек    за  реально  выполненные  работы  и   24.578.689 рублей  81  копейка  -  завышение  стоимости  работ  по  лично  им  изготовленным (судя  по его показаниям, заведомо подделанным)  документам.

       14  сентября  2011 года  арбитражный  суд  Новосибирской области  удовлетворил иск  и  постановил  взыскать  с  ОАО  «ПРП»   задолженность  в  сумме  42.429.093  рубля  71  копейка.  

     18  декабря  2014  года 9  арбитражный  апелляционный  суд  отказался  отменять  вступившее  в  силу  решение  арбитражного  суда  Новосибирской области  от  11  сентября  2011 года  по  вновь  открывшимся обстоятельствам.   На  основании  вступившего  в  законную  силу  решения  арбитражного  суда  Новосибирской области  от  11  сентября  2011 года   конкурсный  управляющий   ОАО  «ПРП»  Федотовских  М.Е.    платежным  поручением   №  4301  от  16  декабря 2014  года  перечислил  со  счета  ОАО  «ПРП»  в  филиале «Екатеринбургский»   ОАО  АКБ  «Альфа-Банк»  (г.Екатеринбург)  на  счет  ООО  «ТЦ  Армейский»  №  40702810670000000524   в  филиале «Новосибирск»  АКБ  «Россевробанк»  ОАО (630091,  г.Новосибирск,  ул.Фрунзе, дом 5)   денежные  средства в  сумме  31.753.933  рубля  73  копейки,  в  том  числе 24.578.689 рублей  81  копейка  -  завышение  стоимости  работ  по  подделанным лично  им  документам,  которые  последним  были потрачены на нужды  своего  предприятия.

       Таким   образом,  в  действиях именно  Черпакова  С.И. (а  не  Мурашкина  С.А.)  усматриваются  признаки  хищения 24.578.689 рублей  81  копейки,  то  есть состава преступления,  предусмотренного  ч.4  ст.159  УК  РФ, который обвинение  вменяют  моему  подзащитному. 

       Место  совершения  преступления  -  г.Новосибирск  (место  выдачи  исполнительного листа  и  получения  перечисленных денег).

 

       Отмечу,  что  Мурашкин  С.А. не знаком  с  Мазановым Д.Н.,  а также  с  директором  ООО  «ТЦ  Армейский»  Кукуевым В.В.,  работавшим  в  должности  директора  в период  с  конца  2012  года до  осени  2014  года.  Последний  видел  Мурашкина  С.А.  лишь  зрительно,  не  в  ТЦ  Армейский» и  лишь знает,  что  он  был знаком  с  его  отцом.  Ни  один  из  директоров  «ТЦ  Армейский»  не  имел  с  Мурашкиным  С.А.  никаких  дел,  Мурашкин  С.А.  никакого отношения  к  ООО  «ТЦ  Армейский»  не  имел,  в  том  числе на период  перечисления  им  денег,  и  не  имеет.

 

        Органы  предварительного  следствия  лишь  указывают (по  материалам  дела),  что  Мурашкин  С.А.  якобы подсказал  Черпакову  С.И.,  как  нужно  поступать  и тем  самым  «ввел  его  в заблуждение».

        Во-первых,  «ввести  в заблуждение»  -  не значит  «организовать»  хищение  либо  совершить  хищение.

        Во-вторых,   сам  Мурашкин  С.А.  отрицает,  что  имел  какие-либо  контакты  с  Черпаковым  С.И.  касательно  подрядных работ  и  не  имеет  никакого  отношения  ни  к   заключению  договора  подряда  от  23  ноября  2009 года,  ни  к  изготовлению  каких-либо  документов  по  ремонту,  ни  к  ООО  «ТЦ  Армейский».    Черпакова  С.И.  он  видел лишь несколько раз,  и  подписывал  с  ним   лишь  один  договор  -   договор  о  совместной  деятельности  от  6  июля 2009 года,  имея  на  это  полномочия,  ничего  противоправного не  совершая  при этом. Договор  о  совместной  деятельности  ни одним  судом не признан  подложным.

         В-третьих, установлено  (и не  опровергнуто),  что  15 октября 2009 года было проведено заседание совета директоров ОАО «ПРП», где был утвержден план деятельности ОАО «ПРП» на 2009 год.  В Приложении № 4 к Плану деятельности ОАО «ПРП» на 2009 г., утвержденному Протоколом № 09/10/2009 от 15.10.2009 года на заседании совета директоров ОАО «ПРП» и согласованного Генеральным директором ОАО «Оборонстрой» Тартышовым Ю.П., указан перечень имущественных комплексов ОАО «ПРП» на базе которых будут организованы предприятия по производству товаров и услуг на основании договоров о совместной деятельности, одним из которых является объект по адресу: Новосибирская область, Новосибирский район, Мочищенский  сельсовает, микрорайон «Армейский».

        В-четвертых, на  момент  подписания  договора  подряда  23  ноября  2009 года,    а  также на  время проведения  ремонтных работ  и  подделки  Черпаковым  С.И.    документов  в  целях  хищения  денежных  средств,  то  есть  в  период  с  декабря  2009  года  по  17  мая  2009 года   -  Мурашкин  С.А. находился  в  Москве,  так  как  с  1 июля  2009 года был назначен  на должность  заместителя  генерального директора ОАО  «ПРП»  по инвестициям  и региональному  развитию   в  город  Москву,  где  располагался  его  кабинет (лист  5  обвинительного заключения,  абзац 1). Исходя  из  изложенного,  Мурашкин  С.А. не  мог  организовывать  ни  изготовление договора  подряда  от  23  ноября  2009 года,  ни  изготовление  подписей  на  этом  договоре  и  документах  по  ремонту.

 

      Органы  предварительного расследования  в  обвинении не  указывают,  каким  образом  Мурашкин  С.А.  якобы  «ОРГАНИЗОВАЛ»   подделку  подписей.  

      Общеизвестно,  чтобы  организовать,  нужно   совершить  какие-то  конкретные  организационные  действия,  а  именно:

      давать  указания  каким-то  конкретным  лицам  на  изготовление   документов,   

      на их заполнение данными  о производимых работах  (чего  Мурашкин  С.А.  знать не мог),  

      на  проставление  подписей  и  т.п. 

      Таких  действий  не  установлено  со  стороны  Мурашкина  С.А.  и  они  не  отражены  в  тесте  обвинительного заключения.  Ни  в  ходе  предварительного расследования,  ни  в  ходе  судебного разбирательства не  установлено ни одного лица,  которому  бы  Мурашкин  С.А.  давал  указания  (или  просил) совершать  действия   по  изготовлению  и  подписанию  поддельных  документов.

       Мы  видим  лишь  записи  предположений,  гипотез  и  фантазий  следователя  Багирова  Т.С.  Юридически  это называется  фальсификация  материалов  уголовного дела.

 

       В  постановлении  о  привлечении Мурашкина  С.А.   в  качестве  обвиняемого  от  31  марта  2017 года и  в  обвинительном  заключении  соответственно указывается  (копирую  выдержку):

         …исполняя решение 9 арбитражного апелляционного суда от 18.12.2014 по делу № А40-123836/11 по иску ООО «ТЦ Армейский» к ОАО «ПРП» кон­курсный управляющий ОАО «ПРП» платежным поручением № 4301 от 16.12.2014 со счета ОАО «ПРП» в филиале «Екатеринбургский» ОАО АКБ «Альфа-Банк» (г. Екате­ринбург) на счет ООО «ТЦ Армейский» № 40702810670000000524 в филиале «Новоси­бирск» АКБ «Росевробанк» ОАО (630091, г. Новосибирск, ул. Фрунзе д. 5) перечислил денежные средства, в сумме 31753933,73 рублей, в качестве частичного погашения кре­диторской задолженности, поскольку в данный период времени удовлетворялись де­нежные требования и иных кредиторов, соразмерно их задолженности ОАО «ПРП». Указанные денежные средства были потрачены в ходе финансово-экономической дея­тельности ООО «ТЦ Армейский»…

 

        Перевод  по вступившему  в  законную  силу (и не  оспариваемому)  решению  суда  указанной  суммы  денег  органы  предварительного  следствия    квалифицируют как  хищение  Мурашкиным  С.А.  названной  суммы  денег  у  Минобороны  и его  структур.  Иначе  она  не  указывалась  бы  в  обвинении  и  обвинительном  заключении.

       Согласно приведенному  выше  тексту  из  ОБВИНЕНИЯ  Мурашкина  С.А.  в  мошенничестве следует,  что  31.753.933,73 рублей, в  качестве частичного погашения  кредиторской  задолженности  ОАО  «ПРП»  перед  ООО  «ТЦ  Армейский»,   которое якобы  «подконтрольно  Мурашкину  С.А.»,  и  были  потрачены  руководством ООО  «ТЦ  Армейский»  (что подтверждается  документально¸ ибо  Мурашкин  С.А.  в  это  время находился  под  стражей)  и  с  ведома  органа  предварительного расследования,  которое не предприняло  мер  по  изъятию  этих  похищенных  денег  либо наложению на них  ареста.

      Таким  образом,  из  текста  обвинения  следует,  что  якобы Мурашкин  С.А.  причастен  к  деньгам в  сумме  31.753.933,73 рублей,  которые оказались  похищенными,  в  том  числе  у  Министерства  обороны  России.

      Когда  мною  закономерно  был  поставлен  вопрос  на  досудебной  стадии  уголовного судопроизводства:  Почему  следователь  Багиров  Т.С.    проявил  халатность  и не  наложил  арест  на  эти  похищенный  деньги МО  РФ? -  и  руководители  СУ  ГВСУ  СК  РФ  и  надзирающие  прокуроры  стали   писать,  мол,  Мурашкин  С.А.  к  этим  денежным  средствам  отношения  не  имеет.      Даже  в ответе Главной  военной прокуратуры   указывается,  что  Мурашкин  С.А.  к  похищенным  деньгам  отношения  не  имеет  (копирую  выдержку):

       Это  из  ответа  врио  начальника 3  управления  надзора  Главной  военной  прокуратуры  полковника  юстиции  С.А.Заряева  от  31  мая  2017 года.

 

         Таким  образом,  даже  Главная  военная  прокуратура  стала указывать на  то,  что  те  деньги,  которые,  согласно  тексту  обвинения  Мурашкина  С.А.  от  31  марта  2017 года,  якобы  похитил  именно Мурашкин  С.А. -  к  нему  не  относятся  и  его  имуществом не  являются.

 

        У  любого  здравомыслящего  юриста  возникает  вопрос:  Зачем  тогда  в  текст  постановления  от  31  марта  2017 года  о  привлечении  Мурашкина  С.А.    в  качестве  обвиняемого  внесено  то  имущество,  к  которому  он  отношения  не  имеет?

      Обвинение  должно  быть конкретным  и понятным.  А  тут не могут  даже  сами  обвинители  устранить  противоречия  и неясности.

        Не  устранилось  это  противоречие  в  ходе  судебного заседания.

 

          Не  устранено  и  еще  одно противоречие:

          Из выше  приведенной  выдержки  из  текста  обвинения  Мурашкина  С.А.  следует,  что часть похищенных  путем  мошенничества средств  Минобороны  в  сумме   31.753.933,73 рублей   были  переведены на  счет  ООО  «ТЦ  Армейский»,  а оставшуюся  часть из  42.429.093,71 рублей   в  сумме 10.675.159,98  рублей  получить не  удалось  из-за  требования  других  кредиторов.

        Если не  удалось,  то  речь не может идти об  оконченном  преступлении.

        Даже  если  предположить,  что  мошеннические  действия  действительно  были  совершены  Мурашкиным  С.А.,  то эти  10  млн. 675  тысяч 159  рублей 98  копеек -  не  похищены. 

        Лишь  в  ходе  судебного заседания  проскочила  информация,  что  якобы  и  этот остаток  был  переведен  в  ООО  «ТЦ  Армейский»  в  то  время,  когда  полным  ходом  шло  судебное  заседание  по делу.

 

         В  обвинении  указывается,  что   именно  во исполнение решение 9 арбитражного апелляционного суда от 18.12.2014 по делу № А40-123836/11 по иску ООО «ТЦ Армейский» к ОАО «ПРП» кон­курсный управляющий   Федотовских перечислил  деньги  в  сумме  31753933,73 рублей в качестве частичного погашения кре­диторской задолженности. То  есть,  этим  судом,  вступившим  в  законную  силу:

        а)  было  отказано  в  пересмотре  решения  арбитражного  суда  Новосибирской области от  14  сентября  2011 года  по  вновь  открывшимся  обстоятельствам  (появились  показания  Силайчева  и других  о  поддельности  документов  по ремонту).  Суд  апелляционной инстанции  снова  указал,  что   реально  были  выполнены  работы  именно на сумму   42.429.093,71 рублей, никаких  завышений  не  установлено;

       б)  суд  апелляционной инстанции  еще  раз  указал,  что  ОАО  «ПРП»  должно  ООО  «ТЦ  Армейский»   42.429.093,71 рублей.

 

       Органы  предварительного расследования при  составлении  обвинительного заключения  руководствовались  решение  указанного суда  касательно  перечисления 31753933,73 рублей в качестве частичного погашения кре­диторской задолженности,  однако  при этом  проигнорировали  решения  того же  суда  в части    установленного реального  долга в  размере 42.429.093,71 рублей.   Этот  факт  скрыт,  ибо  он  конкретно  подтверждает,  что  хищения  указанной  суммы  не  было.  Органы  предварительного расследования   проигнорировали  положения  ст.90  УПК  РФ,  гласящей:

        «Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором, за исключением приговора, постановленного судом в соответствии со статьей 226.9, 316 или 317.7 настоящего Кодекса, либо иным вступившим в законную силу решением суда, принятым в рамках гражданского, арбитражного или административного судопроизводства, признаются судом, прокурором, следователем, дознавателем без дополнительной проверки».

 

        Суд  устанавливал  реально проводимые  работы. Предпринятые  в  последующем  попытки  пересмотреть  судебное решение, дать  иную  оценку  доказательствам, которым  уже дана  была  оценка судом  -  потерпели  крах.  Органы  предварительного расследования  по  данному  делу положили  в основу  своего решения  заключение  «эксперта»  Козлова,  которое  не  соответствует  требованиям  к  судебно-строительным  экспертизам,  а  напоминает  обычную  документальную  проверку  и  личное мнение  Козлова как  специалиста-строителя.

        Во-первых,  Козлов не  имеет  специального обязательного экспертного образования  (нарушение  ст.13  Федерального закона   от 31  мая  2001 года  №  73-ФЗ  «О  государственной  судебно-экспертной  деятельности  в  Российской  Федерации»).

         Статья 13  указанного  ФЗ («Профессиональные и квалификационные требования, предъявляемые к эксперту»)  гласит:

        «Должность эксперта в государственных судебно-экспертных учреждениях может занимать гражданин Российской Федерации, имеющий высшее образование и получивший дополнительное профессиональное образование по конкретной экспертной специальности в порядке, установленном нормативными правовыми актами соответствующих федеральных органов исполнительной власти. Должность эксперта в экспертных подразделениях федерального органа исполнительной власти в области внутренних дел может также занимать гражданин Российской Федерации, имеющий среднее профессиональное образование в области судебной экспертизы».

        Во-вторых,  Козлов  как  специалист  в  сфере  строительного надзора  заключение  делал  не  по  объективно  выполненным  работам,  а  по   формальному  подходу:

         нет документов  -  значит работы не  выполнялись.  Но  ведь  часть документов  могла  не  сохраниться  либо затеряться  (прошло 8  лет);

         дорога  засыпана  слоем  гравия, значит  асфальт  8  лет назад  не  укладывался  (но  ведь  дорогу  по  истечении  такого  срока  могли  перекладывать и не один  раз)  и  т.п. 

         Такая  «экспертиза»,  проведенная  специалистом  (не  государственным  экспертом)  однозначно не  соответствует  принципам  объективности  и  полноты  исследования,  поэтому должна признаваться  недопустимым  доказательством.

 

         Как  известно,  каждая  строка,  каждая  фраза,  каждое  вменяемое  действие  по  обвинению  должно быть  понятным  и  основываться  на  доказательствах.   Предположения,  догадки,  слухи,  «впечатления  оперативников»  -  это  недопустимые  доказательства  в  соответствии  с  п.2 ч.2 ст.75  УПК  РФ.

 

       Грубейшей  фальсификацией  является  запись  в обвинении  на  то,  что  якобы  ООО  «ТЦ  Армейский»  является  подконтрольной  Мурашкину  С.А.  структурой.

       В  материалах  уголовного дела,  в  тексте  обвинительного заключения  -  нет  ни одного доказательства  тому,  что  Мурашкин  С.А.  управлял (руководил) либо  мог  управлять (руководить)  каким-то образом  ООО  «ТЦ  Армейский»,  принимать  какие-либо  управленческие  решения  в этом  обществе.   В  тексте  обвинения  не  раскрыто:

  каким  образом,

  какими  действиями и 

  на  кого  именно  в  ООО  «ТЦ  Армейский»   Мурашкин  С.А.    мог  влиять,  кем руководить,  управлять,  как принимать  решения по  управлению  кем-либо.

Бездоказательные  предложения-фальсификации  следователя  Багирова  Т.С.

 

       II.       Касательно обвинения Мурашкина С.А. в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.4 ст.159 УК РФ (как покушения на мошенничество в особо крупных размерах в последней редакции статьи УК РФ).

 

       Мурашкин  С.А.  обвиняется  также  в  том,  что  в  период  с  ноября  2011 года  по  25 декабря 2014   года в г.Екатеринбурге и в г.Москве  совершил покушение на мошенничество, то  есть  хищение чужого имущества  - ОАО «ПРП», зарегистрированного по адресу: г.Москва, Филевская Большая, д.28. корпус 2,  принадлежащее Российской Феде­рации  в лице Минобороны России,  а также субхолдинга ОАО «Оборонстрой» и хол­динга «Оборонсервис»  (с 1 декабря 2014 года АО «Гарнизон»),  в особо крупном размере, на об­щую сумму 905.260.397  рублей 13 копеек, путем обмана и злоупотребления доверием, с исполь­зованием  своего  служебного положения, которое не было доведено до конца по независимым от Мурашкина С.А. обстоятельствам, то  есть  совершил преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30. ч. 4 ст.159 УК РФ.

 

     Указанное  в  обвинении  время  - с  ноября  2011  года  по  25  декабря  2014  года  -  противоречит  тексту  обвинения.

     Во-первых,  в  нарушение    ч.1  ст.50  Конституции  России  и  ч.2  ст.6  УК  РФ   Мурашкину  С.А.  дважды  вменяют  одни  и  те  же  действия,  связанные  якобы  с  похищением  суммы 42.429.093  рубля  71  копейка  (л.л.11-12,  19, 22  обвинительного заключения).  По  этой  причине  к  покушению  подтягивают  время    с  ноября  2011  года  и  признак  «с  использованием  должностного  положения».

     Во-вторых¸   Мурашкин  С.А.  уволен  с  ОАО  «ПРП»  с  18  ноября  2011 года  и  поэтому  никакого  влияния на  проходящие процессы  не  имел,  властных  полномочий  не  имел,  должности  его никак не  были  связаны  ни с  проходившими  судебными процессами,  ни  с процедурой  банкротства. 

     В-третьих,  сумма  которую  якобы  покушался  похитить   Мурашкин  С.А.  взята  в  обвинении  произвольно,  без  какой-либо конкретики.

 

    Как  образовалась  сумма  905.260.397  рублей 13  копеек,  на   похищение   которой  якобы  покушался  Мурашкин  С.А.?

  Ответа  в  нарушение  требований  ст.ст.171  и  220  УПК  РФ  мы  не  видим.   Можно  предполагать различные  варианты,  что недопустимо.

 

    Судя  по  тексту  обвинения  Мурашкина  С.А.  в  покушении  на  мошенничество,  эта  сумма  образовалась  следующим образом: 

 

         42.429.093  рубля  71  копейка,  которые уже  проходят  по  другому обвинению   как  оконченное  мошенничество  в  отношении   ОАО  «ПРП»,  включая

                -  17.850.403  рубля  9  копеек  -  сумма,  на  которую  ООО  «ТЦ  Армейский»  реально выполнило  ремонтные работы   в  ОАО  «ПРП»    в  период  с  декабря  2009  года  по  17  мая 2010 года;

                 -   24.578.689 рублей  81  копейка  -  сумма завышения  стоимости ремонтных  работ  при  составлении  Черпаковым  С.И.   КС-2  и других  документов,  касательно  производимых   в  ОАО  «ПРП» работ,  в  период  с  30  апреля  по  17  мая  2010 года;

 

       63.369.374  рубля 79  копеек  -  сумма  кредиторской  задолженности ОАО  «ПРП»  перед  ИФНС  России  №  30  по городу  Москве  (лист 28  обвинительного заключения);

 

       125.051.730  рублей, 48  копеек  -  сумма   кредиторской  задолженности  ОАО  «ПРП»  перед  ООО  «Караван-ИНК» (лист  28  обвинительного заключения);

 

       61.017.685  рублей, 36  копеек  -  сумма   кредиторской  задолженности  ОАО  «ПРП»  перед  ООО  «Ателье Бизнес-Технологий» (лист  28  обвинительного заключения)  и  другие  долги.

 

      Из  текста  обвинения  видна  выдумка  следователя,  что  Мурашкин  С.А.  пытался  забрать  себе  долги   как  ООО  «ТЦ  Армейский»¸ так  и  все  других  указанных  организаций.

 

      В  суде  мы  слышали  показания  свидетеля  Щербакова  А.В.,  который  утверждает,  что  Мурашкин  С.А. наоборот  намеревался  раскрыть  схему  незаконного акционирования  и  предлагал помощь  в  возврате  имущества  «Оборонстрою», то  есть  намеревался  разоблачить  противоправную  деятельность тех,  кого  прикрывает  следствие.

 

      Установлено  и  в  ходе  судебного разбирательства  на основании показаний  еще  одного свидетеля Короткова  К.Г.  и других  доказательств,  что Мурашкин  С.А.  пытался   спасти  ОАО    «ПРП»  от  банкротства  и вернуть  имущество  Минобороны  РФ,  в  связи  с  чем  он и  получил  доверенность  у  генерального  директора ОАО  «Оборонстрой»  Иванова  Т.В.  (ныне  заместитель  Министра  обороны  России).  Однако  эта  доверенность  была  в  распоряжении  Мурашкина  С.А.  чуть более  одного  месяца (выдана  1  августа  2013  года  и  отозвана  16  сентября  2013  года)   и  поэтому  реального  он  ничего  сделать не  успел.  Он  лишь  провел  переговоры,  СУТЬ  КОТОРЫХ органами  предварительного расследования оказалась  ВЫВЕРНУТОЙ  НАИЗНАНКУ  при изложении  обвинительного  заключения. Положительные  действия  Мурашкина  С.А.  по  спасению  имущества  Минобороны  России  извращены  на  попытку  его похитить.  И  пишут  в  обвинении,  что  все  кредиторы  (кто  фактически  и растащил  имущество  Минобороны  РФ  в  результате  банкротства  ОАО  «ПРП»)  -    являются  спасителями  этого  имущества  от Мурашкина  С.А.   Человеческая  и  юридическая  логика  здесь  также напрочь  отсутствуют.

      В  материалах дела  следователем  описывается   ссора  Мурашкина  С.А.  с  временным  арбитражным  управляющим  Лазаревым  Д.В.,  однако  эта  ссора  была  на  основе  того,  что  Мурашкин  С.А.  указывал  Лазареву  Д.В. на  признаки  фиктивности долгов  в  особо  крупных  размерах  от ряда  кредиторов  и  требовал  это  проверить.  Следователь  ГВСУ  СК  РФ  Багиров  Т.С.  извратил  это  до    обратного.

 

      В  обвинении Мурашкина  С.А.  в  покушении  на  мошенничество  (ч.3  ст.30,  ч.4  ст.159  УК  РФ)  не  указано:

      каким образом  Мурашкин  С.А.  покушался  на  совершение  мошенничества,

      в  какой  форме  мошенничества,

      на  какую  конкретно  сумму  и  когда  именно.

 

      Не  установлено  это  и  в  ходе  судебного разбирательства.

       Не  опровергнут  довод  защиты,  что  Мурашкин  С.А.  не  имел  никаких возможностей   каким-либо образом похитить  имущество  ОАО  «ПРП»,  поэтому  говорить  о  каком-то  покушении -  нет ни  малейших  юридических оснований.  В нарушение  статьи  5  УПК  РФ  Мурашкину  С.А.  вменено  то,  что он  не  совершал и не мог совершить  -  то  есть имеет  место  быть объективное  вменение.

 

       Статья 5  УПК  РФ  («Принцип вины»)  гласит:

       «1. Лицо подлежит уголовной ответственности только за те общественно опасные действия (бездействие) и наступившие общественно опасные последствия, в отношении которых установлена его вина.

        2. Объективное вменение, то есть уголовная ответственность за невиновное причинение вреда, не допускается».

 

        Часть  3  статьи  49  Конституции  Российской  Федерации  указывает:

        «Неустранимые  сомнения  в  виновности  лица  трактуются  в  пользу  обвиняемого».

 

        Если  исходить  из  того,  что  Мурашкин  С.А.  действительно намеревался  что-то  похитить  и для  этого  получил  в  2013 году обманным  путем  доверенность,  то 

        во-первых,  такие  действия (получение  доверенности  и  ведение  переговоров) могут  рассматриваться  лишь  как  приготовление  к  мошенничеству  и  попадали  под  амнистию;

        во-вторых,   время  тогда  нужно  указывать  конкретно,  в  период  с  1  августа  по  17  сентября  2013  года;

        в-третьих,  согласно  тексту доверенности  Мурашкин  С.А.  не  имел   права  распоряжаться  имуществом  ОАО  «ПРП».

 

        Ни  одного  деяния  Мурашкина  С.А.,  которое  попадало  бы  под признаки  покушения,  то  есть непосредственно  были бы направлены на  хищение  -  НЕ  УСТАНОВЛЕНО  по обвинению.

 

        Статья 30  УК  РФ  («Приготовление к преступлению и покушение на преступление»)  четко  указывает,  что  является  покушением  и  что  приготовлением   к преступлению:

       «1. Приготовлением к преступлению признаются приискание, изготовление или приспособление лицом средств или орудий совершения преступления, приискание соучастников преступления, сговор на совершение преступления либо иное умышленное создание условий для совершения преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам.

       …3. Покушением на преступление признаются умышленные действия (бездействие) лица, непосредственно направленные на совершение преступления, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам».

 

       Указанная квалификация действий Мурашкина  С.А.   является оценочной,  субъективной и не подкрепленной никакими доказательствами,  что даёт основания  для  вывода  о том,  что  в  отношении  Мурашкина  С.А.  в нарушение  ст.5  УК  РФ  применено  объективное  вменение.

 

      Статья 14  УПК  РФ  («Презумпция невиновности»)  гласит:

          «….2. Подозреваемый или обвиняемый не обязан доказывать свою невиновность. Бремя доказывания обвинения и опровержения доводов, приводимых в защиту подозреваемого или обвиняемого, лежит на стороне обвинения.

          3. Все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном настоящим Кодексом, толкуются в пользу обвиняемого.

          4. Обвинительный приговор не может быть основан на предположениях».

 

            Следовательно,  каждая  строка,  каждая  фраза,  каждое  вменяемое  действие  по  обвинению  должно  основываться  на  доказательствах.   Предположения,  догадки,  слухи,  «впечатления  оперативников»  -  это  недопустимые  доказательства  в  соответствии  с  п.2 ч.2 ст.75  УПК  РФ,  поэтому  строить на  таких  «доказательствах»  обвинение  человеку  и держать  его год  под  стражей  - недопустимо.

 

      Ни  один из  признаков  покушения  как  преступного деяния в  обвинении  не  отражен.

 

       Обвинительное  заключение  как  важный  юридический  акт не  может  быть построено  на  фальсификациях.  На  основании  такого  обвинительного заключения  невозможно  вынести  справедливое  решение  - приговор. 

 

        Теория  российского  уголовно-процессуального  права  и  практика  Верховного Суда  Российской  Федерации,  а  также Мосгорсуда  указывают на  то,  что  нельзя  обвинять  и осуждать  человека    на  предположениях.  В  частности,  об этом  указывается:

 

        1)  в  п.4 Постановления  Пленума  Верховного Суда  Российской  Федерации  от  29  апреля  1996  года № 1 «О  судебном  приговоре»  (в ред. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 06.02.2007 № 7):

        «…4. В соответствии со ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, если в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления доказана. В связи с этим судам надлежит исходить из того, что обвинительный приговор должен быть постановлен на достоверных доказательствах, когда по делу исследованы все возникшие версии, а имеющиеся противоречия выяснены и оценены…»;

         2)  в  надзорном Определении  Верховного Суда  Российской  Федерации   от  11  апреля  2013 года  № 50-Д13-6  (Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе: председательствующего Воронова А.В., судей Ситникова Ю.В. и Эрдыниева Э.Б.)  по  делу  Железова  К.В.,  обвинявшегося  в  покушении  на  сбыт  наркотического  вещества:

        «…В соответствии с требованиями закона (ст. ст. 14, 302 УПК РФ) обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется при условии, если в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления доказана. Все сомнения в отношении доказанности обвинения, если их не представляется возможным устранить, толкуются в пользу подсудимого. Поэтому осуждение Железова по эпизоду покушения на незаконный сбыт 06.08.2008 г. наркотического средства в особо крупном размере необходимо исключить из приговора в связи с отсутствием события преступления»;

 

        3)  в  кассационном  Определении  Верховного Суда  Российской  Федерации   от  28  марта  2013 года  № 12-013-2  (Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе: председательствующего Журавлева  В.А., судей Кулябина  В.М.  и Ситникова Ю.В.)  по  делу  Петрова И.В.  и Патрушева  В.М.:

        «…В соответствии со ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, если в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления доказана. В связи с этим обвинительный приговор должен быть постановлен на достоверных доказательствах, когда по делу исследованы все возникшие версии, а имеющиеся противоречия выяснены и оценены. Признание подсудимым своей вины, если оно не подтверждено совокупностью других собранных по делу и исследованных в судебном заседании доказательств, не может служить основанием для постановления обвинительного приговора, поскольку в соответствии с принципом презумпции невиновности (ст. 49 Конституции Российской Федерации, ст. 14 УПК РФ), согласно которому все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, толкуются в его пользу.

        При таких обстоятельствах, суд обоснованно принял решение о признании невиновным Петрова И.В. по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. "б" ч. 4 ст. 229.1 УК РФ, и Патрушева М.В. по обвинению в совершении преступления, предусмотренного по ст. 30 ч. 3, 228.1 ч. 3 п. п. "а, г" УК РФ (по эпизоду с 5 по 7 октября 2011 года)»;

 

        4)  в  кассационном  Определении  Верховного Суда  Российской  Федерации   от  25  марта  2013 года  № 49-013-13  (Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе: председательствующего Галиуллина З.Ф., судей Мещерякова Д.А. и  Валюшкина В.А.); 

        5)  в  кассационном  Определении  Верховного Суда  Российской  Федерации   от  4 марта  2013 года  № 35-013-7  (Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе: председательствующего Магомедова М.М., судей: Ворожцова С.А.  и Шмаленюка С.И.);

 

       6)  в  надзорном Определении  Верховного Суда  Российской  Федерации   от  20 марта  2013 года  № 5-Д13-12  (Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе: председательствующего  Старкова А.В.,  судей Безуглого Н.П.  и  Пелевина Н.П.):

      «…В соответствии с ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

       Эти требования закона нарушены судом по настоящему делу»;

 

       7)  в  надзорном Определении  Верховного Суда  Российской  Федерации   от  19 ноября  2012 года  № 87-Д12-4:

       «…В соответствии с ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств….

      Допущенные судом нарушения закона являются в силу ст. 379 УПК РФ основанием для отмены приговора.

      …Судебная коллегия удовлетворила надзорное представление заместителя Генерального прокурора Российской Федерации и надзорную жалобу осужденного М.; отменила приговор Ленинского районного суда г. Костромы от 18 ноября 2010 г., кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам Костромского областного суда от 17 февраля 2011 г. и постановление президиума Костромского областного суда от 17 июня 2011 г. в отношении М., Г., Ж. и прекратила уголовное дело на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

       В соответствии с ч. 1 ст. 133 УПК РФ за М., Г. и Ж. признано право на реабилитацию».

 

       8)  в  кассационном  определении Московского городского суда  от  13 февраля 2013 года по делу  № 22-1490  (судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе: председательствующего Зубарева А.И.,  судей Грымовой С.С. и Устиновой С.Ю.)  по  делу  Т.Т.,  у  которого  было обнаружено  11  пакетов  с  наркотическом  веществом:

        «…поскольку согласно ст. 306 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, решение суда о квалификации действий Т.Т. по ч. 1. ст. 30, п. "г" ч. 3 ст. 228-1 УК РФ, как приготовления к незаконному сбыту наркотических средств в крупном размере, не может быть признано обоснованным».

       У  нас  не  преюдициальное  право,  однако  приведенные  выше  судебные  решения  указывают,  как  нужно  трактовать  (руководствоваться, применять) ту  либо иную  норму  закона.

           Я  привел,  возможно,  избыточно  много  примеров  из  судебной  практики,  однако это объясняется  тем,  что очень  часто  в  нынешней  судебной  практике обвинение  и  судьи  без  законных  обоснований (опровержений  доводов  защиты),  без  приведения  доказательств  обратного (в  опровержение  доводов  защиты)  упрямо  переписывают  предположения  и на  этих  предположениях  вменяют  действия, не  совершенные  обвиняемыми.

 

 

    III.    Касательно квалификации действий Мурашкина С.А. именно по ч.4 ст.159, ч.3 ст.30 и ч.4 ст.159 УК РФ.

 

        Мурашкину  С.А.  в  ходе предварительного расследования  было  предъявлено  обвинение,  где  его  действия  были  квалифицированы  по ч.2 ст.201  УК  РФ  (злоупотребление  должностными  полномочиями  в  коммерческой  организации,  вызвавшие  тяжкие  последствия),  однако  потом  по  моей  жалобе  обвинение  изменили,  так  как  Мурашкин  С.А.  работал  в  ОАО  «ПРП»  лишь до  18  ноября  2011 года  и  никаких  последствий  в  то время  не наступило,  в  то время  не  было совершено ни одного действия,  которое  попадало бы  под  объективную  сторону  указанного преступления.

 

      1.      Если исходить из того, что Мурашкин С.А. лично ничего не похищал, а лишь давал советы Черпакову С.И. и «вводил его в заблуждение» (как это следует из обвинительного заключения), то такие действия квалифицируются как подстрекательство либо как пособничество (к ст.327 УК РФ либо к ст.159 УК РФ).

 

     2.     Если делать упор на записанное в обвинительном заключении, что действиями Мурашкина С.А. причинен ущерб ОАО «ПРП», то такие действия квалифицируются по ст.165 УК РФ, гласящей:

        Статья 165 УК РФ («Причинение имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием»).

        1. Причинение имущественного ущерба собственнику или иному владельцу имущества путем обмана или злоупотребления доверием при отсутствии признаков хищения, совершенное в крупном размере, -

        наказывается штрафом в размере до трехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до двух лет, либо принудительными работами на срок до двух лет с ограничением свободы на срок до одного года или без такового, либо лишением свободы на срок до двух лет со штрафом в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев или без такового и с ограничением свободы на срок до одного года или без такового.

        2. Деяние, предусмотренное частью первой настоящей статьи:

        а) совершенное группой лиц по предварительному сговору либо организованной группой;

        б) причинившее особо крупный ущерб, -

        наказывается принудительными работами на срок до пяти лет с ограничением свободы на срок до двух лет или без такового либо лишением свободы на срок до пяти лет со штрафом в размере до восьмидесяти тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до шести месяцев или без такового и с ограничением свободы на срок до двух лет или без такового.

 

      Ведь  очевидно  для  всех,  что  Мурашкин  С.А. ничего не  вынес  от   «потерпевших»  и  не  оформил  на  себя  либо  своих  близких  ни  одного документа  о  собственности  на  их  имущество.

 

     3.    Если следовать тексту обвинения, что Мурашкин С.А. использовал свое служебное положение при совершении противоправных действий, то такие действия могли быть квалифицированы по ч.1 ст.201 УК РФ (согласно обвинению, использовал свое служебное положение до 18 ноября 2011 года) либо по той же ст.165 УК РФ.

 

       Тем не менее, следует учесть, если бы была такая квалификация (с учетом описанных в обвинении деяний), то все они попадали под амнистию 2015 года и по ним следовало прекращать уголовное преследование. А возбуждение уголовного дела по истечении сроков давности было бы незаконным, нарушающим положения ст.24 УПК РФ.

 

       Вменяемый Мурашкину С.А. факт подписания договора о совместной деятельности от 6 июля 2009 года не может относиться противоправной деятельности, ибо содержал лишь общие положения (направления) возможного сотрудничества. Кроме того, он был подписан вовсе не с ООО «ТЦ Армейский», а с иной организацией.

 

 

       IV.     Фальсификация следователем текста обвинительного    

               заключения по делу.

 

       В  ходе предварительного расследования  и  следователем  и надзирающим прокурором  признавалось,  что  Мурашкин  С.А.  привлечен  к  уголовной  ответственности за  мошенничество незаконно.  Прокурор  Сильченко соглашался  с тем,  что  Мурашкина  С.А. не стоило  заключать под  стражу.  В  кабинет  следователя  в  присутствии  Мурашкина  и  2-х  адвокатов  следователем  Багировым  Т.С.  было  сказано,  что   уголовное  дело  в  отношении  Мурашкина  С.А.  можно  было  бы прекратить за  отсутствием  состава преступления, но  тогда  нас  самих  могут привлечь  к  ответственности (конкретно  было  сказано:  «Трепашкин  ведь не  оставит нас  в покое»).  Поэтому  следствие  в  целях  возможного осуждения  невинного  в  мошенничестве  Мурашкина  С.А.  пошло  на  фабрикацию  материалов,  в  том  числе   на  фальсификацию  показаний  свидетелей  в тексте  обвинительного заключения,  в надежде на  то,  что  судья скопирует  этот текст,  без  учета  реальных  показаний  свидетелей.

      Есть  определенные строгие правила,  по  которым  пишется  обвинительное заключение  по  уголовному  делу:

      -   в  фабуле  обвинения  не должно  быть   фактов, не  относящихся  к  обвинению,

      -  каждая  строчка  обвинения,  каждое  слово  по  вменяемым  деяниям должны  иметь доказательства (которые  приводятся  ниже),  бездоказательные  факты,  предположения,   вменять нельзя,

      -  вменение  таких  квалифицирующих  признаков,  как совершение  преступления  «группой  лиц  по  предварительному  сговору»,  «организованной  группой   лиц»  -  должно  подтверждаться  доказательствами,  которые  излагаются  отдельно,

      - показания  свидетелей нужно  излагать без  искажений  и своих  личных трактовок  придуманных домыслов…

 

       После  приведения  каждого доказательства  в  обвинительном  заключении следователь  вправе  записать  свой  комментарий,  какое  обстоятельство  по  вмененному  преступлению подтверждает  то  либо иное  доказательство.

     

        Следователь Багиров Т.С.   в нарушение  установленных  правил  изложения  обвинительного заключения,   злоупотребляя  своими должностными  полномочиями,      в  показания    многих  свидетелей   заложил свои  домыслы,  не  соответствующие действительности,   как  будто об этом говорит  свидетель.  Хотя  в  действительности  свидетель  об  этом  не показывал и это  четко  видно  из  протокола  его допроса.

      

         Вот  как  были изложены следователем  Багитровым  Т.С. в  обвинительном  заключении  показания  ряда свидетелей  (привожу  лишь  некоторые  из довольно-таки  большого  количества  подобных).

 

       Вот  таким образом  следователь изложил  показания  свидетеля  Берсенева  А.А.:

 

       Сразу  сравним,  что изложено  в  протоколе  допроса  данного  свидетеля  на указанных листах  тома  №  44  данного  уголовного  дела:

 

 

 

 

    И  где  показания  о  том,  что  Мурашкин  С.А.  желает признать  ОАО  «ПРП»  банкротом,  что  Мурашкин  С.А.  скрыл  «фиктивность документов»,  явившихся  основанием  для  подачи  заявления  о  банкротстве?

        Следователь Багиров  Т.С.   свои  собственные придуманные   показания-предположения  (пожелания)  вложил  внутрь  показаний  свидетеля,  якобы  они  исходят  от него, сфальсифицировав  тем  самым показания  свидетеля  в  тексте  обвинительного заключения.

 

        В  судебном  заседании свидетель  снова  излагал  свои  показания,  которые

 

         а)  соответствовали данным  в  ходе  допроса на предварительном  следствии,

 

         б)  не  соответствовали  тексту  показания  свидетеля,  изложенному  следователем  Багировым  Т.С.  в  тексте  обвинительного заключения.

 

            В  ходе  судебного заседания  я  неоднократно делал  заявления  по  таким  фактам,  по  которым,  по  моему  мнению, должна последовать реакция  суда  на  основании  ч.4  ст.29  УПК  РФ. 

   

          Вот  показания  свидетеля  Чуйко  И.Т.,  как  они  изложены  в  обвинительном  заключении:

       А  в  ее  показаниях по протоколу  допроса  (см. ниже) не найти  ни о  том,  что  Мурашкин  С.А.  якобы вводил  ее  в  заблуждение,  ни  о  том,  что он  ее  в  чем-то обманывал,  ни  о  том,  что  ему  подконтрольно  ООО  «ТЦ  Армейский».  Чистая  ложь  следователя,  вложенная  в  показания  свидетеля  Чуйко  И.Т.  по  обвинительному  заключению.   Привожу  ее  показания  только  в  той  части,   где  они  касаются Мурашкина  С.А.:

 

 

 

         В  показания  свидетеля  Шамарова О.И.  следователь  Багирпов  Т.С.  втиснул не  соответствующие действительности  фразы:

         «…понимая  противоправность  намерений  и  корысть Мурашкина  С.А.он  отказался  от дальнейшего обсуждения  с  последним процесса  банкротства  предприятия».

 

         Не  давал  таких  показаний  свидетель  Шамаров  О.И.  (том  4  л.д.77-120)  и не  подтвердил  такие  показания  в  ходе  судебного заседания.

 

         В  показания  свидетеля  Гаранина Д.Н. следователь  Багиров  Т.С.  втиснул не  соответствующие действительности  фразы:

         «О  том,  что документы,  явившиеся  основанием для  признания ОАО  «ПРП» банкротом,  являются  фиктивными,  ему  известно не  было».

 

         Не  давал  таких  показания  свидетель  Гаранин  Д.Н.   (том  44  л.д.1-6)  и не  подтвердил  такие  показания  в  ходе  судебного заседания.

 

        В  показания  свидетеля  Дорофеевой Л.А. следователь  Багирпов  Т.С.  втиснул не  соответствующие действительности  фразы:

         «О  том,  что указанное  решение и  заявление в  Арбитражный  суд г.Москвы о  признании  ОАО  «ПРП»  банкротом  основаны на  фиктивных  документах,  ей  известно не  было».

 

         Не  давала  таких  показаний  свидетель  Дорофеева Л.А.  (том  44  л.д.1-6)  и не  подтвердила  такие  показания  в  ходе  судебного заседания.

 

        В  показания  свидетеля  Лазарева  Д.В. следователь  Багиров  Т.С.  втиснул не  соответствующие действительности  фразы:

         «…стало  известно  о  причастности  Мурашкина  С.А.  к  иску  подконтрольного  ему  ООО  «ТЦ  Армейский..»,

         «…оставлено  в  силе,  вследствие  чего  ООО  «ТЦ Армейский»,  подконтрольное  Мурашкину  С.А….

 

         Не  давал  таких  показания  свидетель  Лазарев Д.В.  (том 3  л.д.181-317)  и не  подтвердил  такие  показания  в  ходе  судебного заседания.  Тем  более,  что  свидетель  вообще  не знает  и не  мог знать что-либо  об  отношении  Мурашкина  С.А.   к  ООО  «ТЦ  Армейский».

 

 

      V.      В обвинении есть ряд противоречивых формулировок, которые исключают друг друга, и которые не устранены представленными обвинителем доказательствами в ходе судебного разбирательства.

       Так,  в  постановлении  о  привлечении Мурашкина  С.А.   в  качестве  обвиняемого  от  31  марта  2017 года и  в  обвинительном  заключении  соответственно указывается  (копирую  выдержку):

      …исполняя решение 9 арбитражного апелляционного суда от 18.12.2014 по делу № А40-123836/11 по иску ООО «ТЦ Армейский» к ОАО «ПРП» кон­курсный управляющий ОАО «ПРП» платежным поручением № 4301 от 16.12.2014 со счета ОАО «ПРП» в филиале «Екатеринбургский» ОАО АКБ «Альфа-Банк» (г. Екате­ринбург) на счет ООО «ТЦ Армейский» № 40702810670000000524 в филиале «Новоси­бирск» АКБ «Росевробанк» ОАО (630091, г. Новосибирск, ул. Фрунзе д. 5) перечислил денежные средства, в сумме 31753933,73 рублей, в качестве частичного погашения кре­диторской задолженности, поскольку в данный период времени удовлетворялись де­нежные требования и иных кредиторов, соразмерно их задолженности ОАО «ПРП». Указанные денежные средства были потрачены в ходе финансово-экономической дея­тельности ООО «ТЦ Армейский»…

 

       Перевод  по  решению  суда  указанной  суммы  денег  органы  предварительного  следствия  излагают как  хищение  Мурашкиным  С.А.  названной  суммы  денег  у ОАО  «ПРП»,  Минобороны  России и его  «дочерних» структур.  Иначе  она  не  указывалась  бы  в  обвинении  и  обвинительном  заключении.

 

      Согласно приведенному выше тексту из ОБВИНЕНИЯ Мурашкина С.А. в мошенничестве следует,что 31.753.933,73 рублей, в  качестве частичного погашения  кредиторской  задолженности  ОАО  «ПРП»  перед  ООО  «ТЦ  Армейский»,   которое якобы  «подконтрольно  Мурашкину  С.А.»,  и  были  потрачены  ООО  «ТЦ  Армейский»  (что подтверждается  документально¸ ибо  Мурашкин  С.А.  в  это  время находился  под  стражей)  и  с  ведома  органа  предварительного расследования,  которое не предприняло  мер  по  изъятию  этих,  как  они  утверждают,   похищенных  денег.

      Таким  образом,  из  текста  обвинения  следует,  что  якобы Мурашкин  С.А.  причастен  к  деньгам в  сумме  31.753.933,73 рублей,  которые оказались  похищенными,  в  том  числе  у  Министерства  обороны  России.

 

      Когда  мною  закономерно  был  поставлен  вопрос  на  досудебной  стадии  уголовного судопроизводства:  Почему  следователь  Багиров  Т.С.    проявил  халатность  и не  наложил  арест  на  эти  «похищенные  деньги МО  РФ»? -  и  руководители  СУ  ГВСУ  СК  РФ  и  надзирающие  прокуроры  стали   писать,  мол,  Мурашкин  С.А.  к  этим  денежным  средствам  отношения  не  имеет.      Даже  в ответе Главной  военной прокуратуры   указывается,  что  Мурашкин  С.А.  к  похищенным  деньгам  отношения  не  имеет  (копирую  выдержку):

        Это из ответа врио начальника 3 управления надзора Главной военной прокуратуры полковника юстиции С.А.Заряева от 31 мая 2017 года.

       Четко  указано:  перечисленные  деньги  в сумме  31.753.933,73 руб.  имуществом Мурашкина  С.А. не  являлись.

       Во-первых,   даже  Главная  военная  прокуратура  стала указывать на  то,  что  те  деньги,  которые,  согласно  тексту  обвинения  Мурашкина  С.А.  от  31  марта  2017 года,  якобы  похитил  именно Мурашкин  С.А. -  к  нему  не  относятся  и  его  имуществом не  являются;

      Во-вторых,  я  ставил  вопрос,  почему  следователь  не  наложил  арест  на  указанное  имущество  в сумме   31.753.933,73 руб.,  если  оно являлось  по делу  вещественным  доказательством (похищено  за  счет  подписания  Черепковым  С.И.  документов  с  завышением  объемов  строительных работ).

 

       У  любого  здравомыслящего  юриста  возникает  вопрос:  Зачем  тогда  в  текст  постановления  от  31  марта  2017 года  о  привлечении  Мурашкина  С.А.    в  качестве  обвиняемого  внесено  то  имущество,  к  которому  он  отношения  не  имеет?

      Обвинение  должно  быть конкретным  и понятным.  А  тут не могут  даже  сами  обвинители  устранить  противоречия  и неясности.

 

     Не  устранено  и  еще  одно противоречие:

 

      Из выше  приведенной  выдержки  из  текста  обвинения  Мурашкина  С.А.  следует,  что часть похищенных  путем  мошенничества  средств ОАО  «ПРП» в  сумме   31.753.933,73 рублей   были  переведены на  счет  ООО  «ТЦ  Армейский»,  а оставшуюся  часть из  42.429.093,71 рублей   в  сумме 10.675.159,98  рублей  получить не  удалось  из-за  требования  других  кредиторов.

 

      Если не  удалось,  то  речь не может идти об  оконченном  преступлении -  ч.4  ст.159  УК  РФ.

      Даже  если  предположить,  что  мошеннические  действия  действительно  были  совершены  Мурашкиным  С.А.,  то эти  10  млн. 675  тысяч 159  рублей 98  копеек -  не  похищены,  не  изъяты  из  оборота  ОАО  «ПРП» (потрачены  ими  по  другим  СВОИМ  долгам). 

         Если  следовать логике  следователя,  то можно  утверждать,  что  человек  отравился  сметаной,  которую  даже не  попробовал.

        Если  я не  прав,  то сторона  обвинения на  основании  ст.14  УПК  РФ  должна была  указать,  каким  образом  Мурашкин  С.А.  распорядился 10  млн. 675  тысяч 159  рублей 98  копеек  и  с  какого  времени  стал  ими  распоряжаться, если он  эти денежные средства  похитил.  Это  в  соответствии с  разъяснениями  высшей судебной инстанции   должно  быть  установлено  и  указано  в обвинении   в обязательном порядке.  Но  этого  мы  не  услышали из  оглашенного государственным  обвинителем обвинения.

 

       В  обвинении  то ли умышленно,  то ли  в силу юридической  некомпетентности    записано:

       «… исполняя решение 9 арбитражного апелляционного суда от 18.12.2014 по делу № А40-123836/11 по иску ООО «ТЦ Армейский» к ОАО «ПРП»  кон­курсный управляющий ОАО «ПРП» платежным поручением № 4301 от 16.12.2014 со счета ОАО «ПРП» в филиале «Екатеринбургский» ОАО АКБ «Альфа-Банк» (г. Екате­ринбург) на счет ООО «ТЦ Армейский» № 40702810670000000524 в филиале «Новоси­бирск» АКБ «Росевробанк» ОАО (630091, г. Новосибирск, ул. Фрунзе д. 5) перечислил денежные средства, в сумме 31753933,73 рублей…»

      В  решении  9  арбитражного апелляционного  суда  от  18  декабря  2014  года по делу  №  А40-123836/11  нет  такого  указания  о необходимости  перечисления  денежных  средств.

    9  арбитражный апелляционный суд не принимал 18 декабря 2014 года самостоятельного нового решения по задолженности. Не выдавал исполнительного листа.

 

      Следователь  ложно указал  в  обвинительном  заключении,  что  18  декабря  2014 года  9  арбитражный  апелляционный  суд  ОСТАВИЛ  В СИЛЕ решение  арбитражного суда  Новосибирской области от  14  сентября  2011 года:

       Во-первых,  в  силу ч.ч.1 и 2 ст.318 АПК РФ судебные акты арбитражных судов приводятся в исполнение после вступления их в законную силу  и  по общему правилу принудительное исполнение судебного акта производится на основании выдаваемого арбитражным судом исполнительного листа.

 

        Какой  конкретно  арбитражный  суд  выдает  эти  исполнительные  листы?

        Статья 319  АПК  РФ  («Выдача исполнительного листа»)  гласит:

       «1. Исполнительный лист на основании судебного акта, принятого арбитражным судом первой инстанции, выдается этим арбитражным судом».

        9  арбитражный  апелляционный  суд  никаких  исполнительных  листов  не  выдавал,  в  том  числе  по  решению  от  18  декабря  2014  года.  Речь  идет  о  попытке  возобновить  дело  по  вновь  открывшимся  обстоятельствам  на  основании  показаний  Силайчева В.П.  и других  данных  ГВСУ  СК  РФ.

       В  решении арбитражного суда  Новосибирской области  от 14  сентября 2011 года  по делу  № А45-12607/2011  (на основании  которого  были  переведены  деньги  в  ООО  «ТЦ  Армейский») указано,  что именно  этот суд  выдаст   исполнительный  лист  после  вступления  решения  в  законную  силу.

         Во-вторых,  следователь  в  обвинении  сфальсифицировал  вывод  о  том,  что  на  основании решения  9  арбитражного  апелляционного суда  от  18  декабря  2014 года по  делу  № А40-123836/11  вступило  в  силу  решение  арбитражного  суда  Новосибирской области от 14  сентября  2011 года.  В  резолютивной  части постановлении  9  арбитражного  апелляционного суда  от  18  декабря  2014 года по  делу  № А40-123836/11   нет  упоминания  о  решении  арбитражного  суда  Новосибирской области,  там речь идет  лишь  о  том,  что  арбитражный  суд  города  Москвы  законно и обоснованно отказал  конкурсному  управляющему   ОАО  «ПРП»  Федотовских М.Е.  в  попытке  возобновить  дело  по  вновь открывшимся обстоятельствам,  поэтому  определение  Арбитражного суда  города  Москвы  от 24  сентября  2014  года  оставить  без  изменения,  так  как  о недействительности  договора   от  23  ноября  2011 года  речи  быть не может,  ибо эта  сделка  была одобрена советом  директоров 15  октября 2009 года,  что  подтверждается  протоколом  № 09/10/15.

 

        Третье  противоречие.

      Из  обвинения  следует:

  •            (лист  15  обвинительного заключения)

    С 1 июля  2009 года  Мурашкин  С.А.  был назначен заместителем  генерального директора  ОАО  «ПРП» и  уехал  в  Москву,  а  описываются  обязанности,  утвержденные  для  НАЧАЛЬНИКА  ФИЛИАЛА,  да  еще  утвержденные 4  июля  2009 года  (то  есть после  отъезда  Мурашкина  С.А.  в  Москву,  после назначения  на  иную  должность).

 

           А  чуть  выше  записано,  что  Мурашкин  С.А.  являлся  начальником  филиала  ОАО  «ПРП»  в  период  с  21  декабря  2005 года  по  28  января  2008 года,  то  есть  в  тот  период  времени,  который  никому  по этому  делу не  вменяется  в вину.  Зачем  нужно  было  захламлять  обвинение   большим  количеством  пустого  для  обвинения текста,  не  относящемуся  к  обвинению  Мурашкина  С.А.?

 

     К  такому хламу в  обвинении  можно  отнести  и такой  абзац:

      «Так, на момент начала приватизации - май 2009 г. ОАО «ПРП» имело 6 филиа­лов в различных субъектах Российской Федерации и обладало значительными основны­ми средствами (активами), принадлежащими Российскому государству, в виде недви­жимого имущества: земельных участков, зданий, помещений и строений, а также других активов, в том числе и денежными средствами» (лист  4  обвинительного заключения).   К  чему  записаны  сведения  о  6  филиалах,  если  эти  сведения  не  имеют  отношения  к  противоправным  деяниям,   вменяемым  Мурашкину  С.А.?

 

     «Мурашкин  С.А.  с  21.12.2005  по  28.01.2008  являлся   начальником  филиала  «Сибирского  строительно-эксплуатационного  центра»  «ПРП  МО  РФ»  в  г.Новосибирске»  -  эта  запись  также  не  имеет  никакого  отношения  к  вменяемому  Мурашкину  С.А. преступлению,  так  как  на  этой  должности  Мурашкин  С.А. находился 

       до акционирования предприятия,

      с другим  статусом,  и

      в  этот период  времени,  судя  по  тексту  обвинения,  ничего  криминального  не происходило.

 

    Логически  возникает  вопрос:   Зачем  нужно  было  пихать  это  в  текст  обвинения?

     Я  хочу  обратить внимание  суда,  что в  списке  доказательств   «мошенничества  Мурашкина  С.А.»  попали  должностные  обязанности  именно  того  (до  преступного)   периода  времени  (л.л.5,  31  обвинительного заключения) и  др.

 

       «Одной  из  основных  целей  деятельности  ОАО  «Оборонсервис»  является сохранение  и развитие  научно-производственного  потенциала  оборонно-промышленного  комплекса  Российской  Федерации» -  это  как  относится  к  обвинению  Мурашкина  С.А.  в  мошенничестве?  Да  никак.  Просто  всунули  в  обвинение  для  объема,  чтобы  оправдать  столь  длительное  расследование  по простому  делу.

       При  том  вменяют  Мурашкину  С.А.  30  марта  2017 года  (а текст  обвинения  -  это  именно  то,  что  вменяют  в вину  Мурашкину  С.А.),  что  целью  ОАО  «Оборонсервис»  «ЯВЛЯЕТСЯ  сохранение  и развитие …»,   хотя  прекрасно знают,  что   уже  три  года  такой  организации  нет  и  никакие  цели  она  уже  не  ставит.  А  у  обвинения  она  все  еще  СОХРАНЯЕТ  и  РАЗВИВАЕТ.  Речь  можно вести лишь  о  правопреемнике,  который  в  таком  случае  и признается   потерпевшей  стороной.

 

         Никоим  образом  не  относится  к  мошенничеству  следующая  запись  в  обвинении  (тоже  хлам):

        «Не позднее июля 2009 г. Мурашкин, обманывая и злоупотребляя доверием дирек­тора указанного подрядчика - Черпакова и руководство ОАО «ПРП» без соответствую­щей доверенности и согласия руководство ОАО «ПРП» в г. Москве, организовал изго­товление и подписания от имени ОАО «ПРП» заведомо фиктивного договора № 15 от 06.07.2009 года о совместной деятельности. По условиям вышеуказанного фиктивного дого­вора ОАО «ПРП» и ООО «ТранзитАвтоСервис», якобы, приняли на себя обязательства соединить вклады и совместно действовать без образования юридического лица для ор­ганизации ремонта, обслуживания, хранения большегрузной автомобильной техники с целью извлечения прибыли, путем объединения имущества и усилий.

         При этом Черпаков, будучи обманутым Мурашкиным, не был осведомлен о пре­ступных намерениях последнего, направленных на противоправное завладение имуще­ством ОАО «ПРП». Заключение данного договора

       Черпаковым воспринималось как осуществление гражданско-правовых отношений, установленных в рамках действующе­го законодательства, а полномочия Мурашкина, как уполномоченного руководителя ОАО «ПРП», имеющего право заключать подобные договора, не вызывали у Черпакова сомнений.

       Несмотря на изготовление и подписание фиктивного договора, он являлся ни­чтожным в силу отсутствия у Мурашкина служебных полномочий распоряжаться иму­ществом ОАО «ПРП» без соответствующей доверенности. Организовывая изготовление и подписания фиктивного договора, Мурашкин скрыл факт его существования от руко­водства ОАО «ПРП» и не произвел его регистрацию в Обществе в установленном по­рядке. Заключая фиктивный договор, Мурашкин обманул Черпакова и убедил его в за­конности их совместной деятельности, желая при этом за счет затрат последнего на ре­монт вышеуказанного комплекса зданий и строений, создать искусственную задолжен­ность ОАО «ПРП», и, в последующем, получить право на имущество общества (денеж­ные средства) путем получения соответствующих судебных решений».

       Значительную  часть   обвинения  занимает  эта  запись,  которая  вообще  не относится  к  вменяемому  деянию,  ибо   мошеннические  действия,  судя  по обвинению, начались  с  момента  заключения  договора  подряда  от  23  ноября  2011 года (когда  Мурашкин  С.А.  уже  работал  в  Москве  и  не  имел  отношения  к  заключаемым  договорам). 

        Мурашкин  убыл  в  Москву через  несколько  дней  после  заключения  договора  о  совместной  деятельности,  а  сам  договор  15 октября 2009 года был  одобрен  на  совете директоров ОАО «ПРП», где был,  кроме  того,  утвержден план деятельности ОАО «ПРП» на 2009 год.   И  согласно  Приложению № 4 к этому  плану, утвержденному Протоколом № 09/10/2009 от 15 октября 2009 года на заседании совета директоров ОАО «ПРП» и согласованному  Генеральным директором ОАО «Оборонстрой» Тартышовым Ю.П., указан перечень имущественных комплексов ОАО «ПРП» на базе которых будут организованы предприятия по производству товаров и услуг на основании договоров о совместной деятельности,   в  том  числе   на  объекте по адресу: Новосибирская область, Новосибирский район, Мочищенский  сельсовет, микрорайон «Армейский».  Это  установлено  рядом  решений арбитражных судов,  вступивших  в законную  силу.

 

      Сторона  обвинения избирательно обвинительно (с  нарушением  положений  ст.73  УПК  РФ)  применила  ст.90  УПК  РФ.

      Так,  в  обвинении  указывается,  что   именно  во исполнение решение 9 арбитражного апелляционного суда от 18.12.2014 по делу № А40-123836/11 по иску ООО «ТЦ Армейский» к ОАО «ПРП» кон­курсный управляющий   Федотовских  М.Е.  перечислил  деньги  в  сумме  31753933,73 рублей в качестве частичного погашения кре­диторской задолженности.

 

    Вместе  с  тем,   этим же  судом,  вступившим  в  законную  силу:

        а)  было  отказано  в  пересмотре  решения  арбитражного  суда  Новосибирской области от  14  сентября  2011 года  по  вновь  открывшимся  обстоятельствам  (появились  показания  Силайчева  и других  о  поддельности  документов  по ремонту).  Суд  апелляционной инстанции  снова  указал,  что   реально  были  выполнены  работы  именно на сумму   42.429.093,71 рублей, никаких  завышений  не  установлено;

       б)  суд  апелляционной инстанции  еще  раз  указал,  что  ОАО  «ПРП»  должно  ООО  «ТЦ  Армейский»  именно  42.429.093,71 рублей.

 

       Органы  предварительного  расследования при  составлении  обвинительного заключения  руководствовались  решением  указанного суда  касательно  перечисления 31753933,73 рублей в качестве частичного погашения кре­диторской задолженности,  однако  при этом  проигнорировали  решения  того же  суда  в части    установленного реального  долга в  размере 42.429.093,71 рублей.   Этот  факт  скрыт,  ибо  он  конкретно  подтверждает,  что  хищения  указанной  суммы  не  было.  Органы  предварительного расследования   проигнорировали  положения  ст.90  УПК  РФ,  гласящей:

      «Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором, за исключением приговора, постановленного судом в соответствии со статьей 226.9, 316 или 317.7 настоящего Кодекса, либо иным вступившим в законную силу решением суда, принятым в рамках гражданского, арбитражного или административного судопроизводства, признаются судом, прокурором, следователем, дознавателем без дополнительной проверки».

 

       Почему  обвинение  вопреки  решению  арбитражного  суда Новосибирской области   от  14  сентября  2011 года  решило,   что  при ремонтных работах  было  завышение  объема?

        Этот  вывод  сделан  на  основании  того,  что  документов  не  сохранилось  на  момент проведения  экспертизы.  А  работы,  мол,  фактически производились,  но  в  счет  арендной  платы.  Вот  выдержка  из  заключения  экспертизы:

 (том  7,  ч.1  л.д.78)

      Незаконно  указан  квалифицирующий  признак  «с  использованием  служебного  положения».

     Этот  признак  подлежит доказыванию  и  применению  при  квалификации  действия  по  ч.3  ст.159  УК  РФ.  Однако,  он  отсутствует  в  диспозиции  ч.4  ст.159  УК  РФ,  которая  вменяется  Мурашкину  С.А.,  гласящей:  

            «Мошенничество, совершенное организованной группой либо в особо крупном размере или повлекшее лишение права гражданина на жилое помещение, -   …».

 

       Часть  4  ст.159 УК  РФ не делает  ссылки  типа  «деяния,  указанные  в  ч.ч.1-3  данной  статьи…»,  она   указывает  в  диспозиции  четко  на  2  квалифицирующих  признака:

               -  организованная  группа  и

               -  в  особо  крупных размерах.

          Это  исчерпывающий  перечень  квалифицирующих признаков  состава  преступления,  предусмотренного  ч.4  ст.159  УК  РФ.   Следовательно,  вменение    таких  квалифицирующих  признаков,  как  «причинившие  значительный  ущерб»,  «совершенное  с  использованием  своего   служебного положения» -  незаконны  и  подлежат  исключению.   Я  писал  по этому  поводу  жалобу  следователю  Багирову  Т.С.  и надзирающим  инстанциям,  однако  квалифицирующий  признак  «с  использованием  своего  служебного положения»  лишь  убрали  из  обвинения  Мурашкина  С.А.   за  период    с  18  декабря  2011  года  по 16  декабря  2014  года.

          Аргументом  за  исключение  этого признака  из  обвинения  Мурашкину  С.А.  служит  также  то,  что  его  в  перечне  отягчающих  обстоятельств,  предусмотренных  ст.63  УК  РФ,  нет.  Зачем  тогда нужно  было  ссылаться  на него  в  обвинении?  -  Я  считаю,  что это  признак  не  высокой профессиональной подготовки  следователя  и  сотрудников надзорных инстанций.

 

      Грубейшей  фальсификацией  являются  записи  в обвинении  на  то,  что:

         - якобы  ООО  «ТЦ  Армейский»  является  подконтрольной  Мурашкину  С.А.  структурой.

           В  материалах  уголовного дела,  в  тексте  обвинительного заключения  -  нет  ни одного доказательства  тому,  что  Мурашкин  С.А.  управлял (руководил) либо  мог  управлять (руководить)  каким-то образом  ООО  «ТЦ  Армейский»,  принимать  какие-либо  управленческие  решения  в этом  обществе.   В  тексте  обвинения  не  раскрыто:

                 каким  образом,

               какими  действиями и

               на  кого  именно  в  ООО  «ТЦ  Армейский»   Мурашкин  С.А.    мог  влиять,  кем руководить,  управлять,  как принимать  решения по  управлению  кем-либо,  чтобы  снять  (получить) деньги.

        Бездоказательные  предложения-фальсификации  следователя  Багирова  Т.С.;

 

       -  Мурашкин С.А.  организовывал  изготовление  и  подписание фиктивного  договора:

        «Не позднее 23.11.2009 Мурашкин, продолжая реализовывать свой преступный замысел, действуя в городах Москве и Новосибирске, обманывая и злоупотребляя дове­рием Черпакова, организовал изготовление фиктивного договора подряда от 23.11.2009 № 23/11-2009, якобы заключенного между ОАО «ПРП» (в качестве заказчика), от имени врио генерального директора ОАО «ПРП» Силайчева В.П., и ООО «ТЦ «Армейский» (в качестве подрядчика), на проведение ремонтно-строительных работ комплекса нежилых строений и помещений ОАО «ПРП» по вышеуказанному адресу в микрорайоне Армей­ский».

         Мурашкин  С.А.  вообще  не  имел  какого-либо  отношения  к  изготовлению  и подписанию  указанного договора,  ибо работал  в  это  время  в  Москве,  о  договоре  №  23/11-2009  года  даже  не  слышал  в то  время.   Никогда  он не  представлял  на  подпись  Черпакову  С.И.  какие-либо  документы, начиная  с  июля  2009 года  и до  момента  заключения  под  стражу  в  январе  2015 года.

                          Акты КС-2: № 1 от 30.04.2010 года,

                                              № 3 от 30.04.2010 года,

                                             № 4 от 30.04.2010 года,

                                             № 7 от30.04.2010 года,

                                             № 8 от 30.04.2010 года,

                                             № 9 от 30.04.2010года,

                                             № 11от30.04.2010 года,

                                             № 12от30.04.2010 года,

                                             № 13 от 30.04.2010 года,

                                             № 14 от 30.04.2010 года,

                                             № 15 от 17.05.2010 года,

                                             № 16 от 17.05.2010 года  -  Мурашкин  С.А.  никогда  не  видел (до  начала  банкротства),  не  говоря  уже  о  том,  что он  якобы организовал  их  изготовление.   Мурашкин  С.А.  в  указанное время  ни разу даже не  встречался  с  Черпаковым  С.И.;