Информация по делу Черенкова С.В. и Похилюка С.М. - жертв преступного сообщества ГУЭБ и ПК, а также следователей МВД России

December 23, 2017

25  февраля  2016 года

 

Допрос  основного  свидетеля  обвинения  Алфёрова  В.Е.

 

     Суть обвинения:

      25  февраля  2016 года  в  Пресненском  районном суде  города  Москвы продолжился  уголовный  процесс  по  уголовному  делу  в  отношении  Черенкова  С.В. и Похилюка  С.М.,  обвиняемых  в  покушении  на  мошенничества  в  особо  крупной  размере  (ч.3  ст.30,  ч.4  ст.159  УК  РФ). Они обвинялись  в  том,  что  за  1.200.000  долларов  США    пытались  продать место  в  Высшем  совете  партии «Единая  России»  руководителю  Qiwi  Романенко  А.Н.,  и  26  сентября  2014 года  были  осуждены  судьей  Долгополовым.   После  отбытия  ими   2  года  в местах  лишения  свободы,  президиум  Московского городского  суда  по  жадобам  адвокатов  отменил  обвинительный  приговор  и  вернул  дело на  новой  судебное  рассмотрение  по  причине  множественных нарушений  УПК  РФ.

 

      Что  происходило на  судебном  заседании 25  февраля  2016 года.

 

        К  удивлению  всех  адвокатов  явился  главный  свидетель обвинения  Алфёров  Вадим  Евгеньевич,  по заявлению  которого и  было  возбуждено  уголовное  дело  в  отношении  Черенкова С.В. и  Похилюка  С.М. 

       В  самом начале  допроса  Алфёров  В.Е.   заявил,  что  гр-не  Камалдинов  Виктор  и  Трепашкин  Михаил   осуществляют  его  незаконное  преследование,  публикую  в  СМИ  материалы о  том,  что  он  является  штатным  провокатором  ГУЭБ  и  ПК  МВД  России.  В  действительности,  он  систематически   отыскивает  мошенников  и  через  ГУЭБ  и  ПК  МВД  России  засаживает  их  в  тюрьму.  Именно  так  он  поступил  с    Логуновым В.Н. и  Голованчиковым М.А.,  Дынником  Г.С.  и  Бараном  О.М.,  Великой  Е.В.,  Надеевой  Ю.Г.  и  Чубаровой  П.Ю.,  а  также  Черенкова  С.В.  и  Похилюка  С.М.   После  перечисления  каждого из этих  4-х  дел  Алфёров  В.Е.  как-то торжественно  подчёркивал  «Сидят!».  Не отрицал  он  своего  участия  и  в  других  подобных  делах.  «Мне  очень не  нравятся  мошенники», -  заявил  в суде  Алфёров.  На  это  адвокатом  Трепашкиным  М.И.  был  задан  вопрос:  А   вы  не забыли что на  Вас  также поступало   заявление  о групповом  мошенничестве  со  стороны потерпевшего  Машевского?  (http://pasmi.ru/archive/107986 ).  Гр-н  Алфёров  В.Е.  заявил,  что он не помнит  такого  дела.

         На  вопросы,  касающиеся   деталей разговоров  с  Черенковым  С.В.  и  Похилюком  С.М.  (как  втягивал  их  в  авантюру),  участия  в  оперативно-розыскных мероприятиях  -  Алфёров  В.Е.  заявлял,  что он ничего  уже не помнит.  При  том,  он  систематически  утверждал,  словно  крутил  шарманку:  «Не  помню, не  помню»   еще  до  того,  как  ему  успевали  адвокаты  задать  вопросы.  Адвокат  М.Габрилович   обратилась  к  председательствующему  Шипикову  А.И.  с  предложением,  предупредить  свидетеля  еще раз  об ответственности за  отказ  давать показания.

          Немало  времени  ушло на  то,  чтобы  выяснить  у  свидетеля  Алфёрова  В.Е.:  Просил  его   Романенко А.Н.  купить должность  в  Высшем  совете  партии  «Единая  Россия»  или нет?  Отвечая  на  эти  вопросы,  Алфёров  В.Е.  постоянно  менял  показания.  Вначале  он  заявлял,  что Романенко  А.Н.  ему  сказал,  что  должность  в  Высшем  совете  «Единой  России»  ему  не нужна  и  что  такая  покупка  незаконная,  он не  уполномочивал  его  (Алфёрова)  совершать  какие-либо действия  в   его интересах.  На  вопросы  адвокатов,  по  каким же причинам  он  сообщил  тогда  ложные  сведения   Черенкову  и  Похилюку,  что  якобы  Романенко  А.Н. нужна  такая  должность и что он готов внести деньги на  её  покупку,  Алфёров  В.Е.  стал  утверждать,  что он  сообщил  верные  сведения.  «Так  значит,  Романенко  А.Н.  дал  согласие  на  действия  от его  имени для  покупки  должности?», -  вопрос  адвоката  Габрилович.  «Нет,  ему  должность не  нужна  была  и он  доверенности мне  не  давал», -  прозвучало  в  ответ  от  Алфёрова.  Адвокат  Трепашкин  задал  вопрос:  Зачем  же  Вы  тогда  провоцировали  Черенкова  и  Похилюка  на совершение действий  по  покупке  должности  в  «Единой  России»,  ели  она не  нужна  была  ни  Вам,  ни  Романенко,  и  последний не  давал  Вам  каких-либо  поручений  действовать  в  его интересах?  Чуть ли не хором  и  Алфёров  и  заместитель  Пресненского  межрайонного прокурора  города Москвы Юрздицкий  К.А.   запротестовали,  что  тут нет  провокации.  Хотя  подстрекательство  на   неправомерные действия  усматривалось   чётко.  Тут  можно  делать лишь один  вывод:  ни  прокуратура,  ни  тем  более  сам  Алфёров  В.Е. не понимают,  что такое  провокация.   Поэтому  и  стряпали дела  путем  откровенной  провокации.

        В  целом,  по  оценке  почти  всех  участвующих  в  процессе  лиц,  сложилось  мнение  об   Алфёрове,  как  лживом скользком  человеке  и штатном  провокаторе  ГУЭБ  и  ПК  МВД  России.

        В  ходе  допроса  он  многократно  подчеркивал,  что  их  с  «Романенко Андреем  связывает  давняя  дружба»,  а  их  общего знакомого  генерала  Колесникова  он  видел лишь один раз (это на  вопрос,  почему  он  писал  заявления  на  имя  заместителя  ГУЭБ и  ПК  Колесникова,  а не  начальника  Сугробова). 

     Алфёрову  В.Е.  также  задали  вопрос,  почему  понятые,  которые  в  отличие  от него  (Алфёрова)  все  помнят,   в судебном  заседании не подтвердили его  показания  о проводимых  до  21  января  2014 года  оперативно-розыскных  мероприятиях  с  их  участием,  он  ответил:  «А  вы  их  запугали». 

     По ходатайству  защиты  были оглашены  показания  Алфёрова  В.Е. на предыдущем  суде  в связи  с наличием  противоречий.  На  это  Алфёров  заметил:  «Я  тогда  был  в невменяемом  состоянии».  Председательствующий  тут же  отреагировал: «А  сейчас  Вы  во  вменяемом  состоянии?».  Алфёров  ответил,  что  у него  лишь  давление  высокое,  но он  вменяем  и  может  давать показания.

      Тем  не  менее,  Алфёров  В.Е. не  смог  ответить на  вопрос  адвоката,  где  же он работал на  момент  участия  в  ОРМ  по  указанным  выше  4-м  делам,  ибо  в  разных  делах  он  указал  себя  сотрудником  различных  (6-ти)  организаций, одновременно.  И  ни одно  из них не  подтверждено  документально  и  свидетельскими показаниями.

 

       Как  в  итоге  будут  оценены судом  «прыгающие»  показания  Алфёрова  В.Е.,  предсказать трудно,  с  учетом  обвинительно  ангажированного российского  правосудия.

 

       Следующее  судебное заседание  стоятся  1  марта 2016 года  в  14  часов  00  минут.  Гособвинитель  заявил,  что  он намерен  в  этот день   вызвать  дополнительных  свидетелей  обвинения.  Кого  именно,  - неизвестно.

 

 

        Адвокат     

                                                М.И.Трепашкин

 

       Романенко А.Н.  в  зале судебных  заседаний  вместе  со  своим  адвокатом.

 

       Председательствующий  по делу просит  посмотреть  Романенко  А.Н.,  его ли подписи  стоят  на  постановлении  о  признании  его  потерпевшим  на  стадии  предварительного расследования.

 

 

     16  февраля 2016 года

    Информация  по делу  Черенкова  С.В.  и  Похилюка  С.М. -  жертв  преступного  сообщества  ГУЭБ  И  ПК  МВД  России.

 

     Суть обвинения:

      16  февраля  2016 года  в  Пресненском  районном суде  города  Москвы продолжился  уголовный  процесс  по  уголовному  делу  в  отношении  Черенкова  С.В. и Похилюка  С.М.,  обвиняемых  в  покушении  на  мошенничества  в  особо  крупной  размере  (ч.3  ст.30,  ч.4  ст.159  УК  РФ). Они обвинялись  в  том,  что  за  1.200.000  долларов  США    пытались  продать место  в  Высшем  совете  партии «Единая  России»  руководителю  Qiwi  Романенко  А.Н.,  и  26  сентября  2014 года  были  осуждены  судьей  Долгополовым.   После  отбытия  ими   2  года  в местах  лишения  свободы,  президиум  Московского городского  суда  по  жалобам  адвокатов  отменил  обвинительный  приговор  и  вернул  дело на  новой  судебное  рассмотрение  по  причине  множественных нарушений  УПК  РФ.

 

    Чудеса  на судебном заседании  16  февраля  2016 года:

 

    1. Свидетели обвинения  Воронцова  М.А.  и Игонина  Т.Е.,  которые  значились  понятыми (представителями  общественности)  при  проведении  оперативно-розыскных  мероприятий  в  период  с сентября  2013 года  по  21  января  1014  года  показали,  что  они  участвовали  лишь  в  одном  ОРМ  21  января  2014 года.  В  остальных  они не  участвовали,  их  записали  формально,  сфальсифицировав их  участие  в  во  многих  ОРМ.

      Кроме  того, они  показали,  что  следователь их не допрашивал,  а  протоколы  написал  от  их  имени  сам.

     2.  Потерпевший  по  обвинительному  заключению  - Романенко  А.Н.  еще  до  допроса  сделал  заявление  о  том,  что он  к  делу  не  имеет отношения  и его  ошибочно  признали  потерпевшим  по делу,  вопреки  закону,  так  как  он

              не знает  обвиняемых, 

              никогда их не видел  и не  вел  с  ними  никаких  переговоров,   

              место  в  Высшем  совете  партии «Единая Россия»  он не с обирался  получать,

              деньги  обвиняемым не  давал  и  не собирался  давать,

              никакого  ущерба  по делу  ему не  причинено, 

              просил  не  впутывать его  в  это дело.

 

      Все  изложенной  показывало,  что  уголовное  дело  сфабриковано  было  сотрудниками  ГУЭБ  и  ПК  МВД  России  и  их  штатным  провокатором  Алфёровым  В.Е. и  поэтому сразу  же  рассыпалось в суде  (основные  свидетели  обвинения  Воронцова  и  Игонина  не  подтвердили  записанные  от  их  имени  показания  и  о проведении  ОРМ  в  период  с  28  сентября  по  21  января  2014 года,  потерпевшего  в  деле  нет).  Остался  не  допрошенным  лишь один  свидетель  обвинения  -  штатный  провокатор  Алфёров  В.Е.,   которого не  удалось доставить  даже по постановлению  о принудительном  приводе.

      Подсудимых  необходимо  было  срочно  выпускать  из  клетки.

       Однако, судья  Шипиков  отказал  в  ходатайстве  об отмене  содержания  под  стражей  Похилюка  и  Черенкова,  отказал  и  в  возвращении  дела  прокурора  из-за  фальшивости  обвинительного заключения,  составленного  следователем  Колесниковым  А.В.,  указав,  что эти ходатайства  заявлены  преждевременно.

 

         Не  могу  понять,  как  можно  держать под  стражей  лиц  по  явно  сфабрикованному  обвинению?    

 

         Следующее  заседание  назначено на  25  февраля  2016 года  в  14  часов.

         Надеемся,  что  поймают  провокатора Алфёрова.  Его  вдохновители  из  ГУЭБ  и  ПК  МВД  Росси  почти  все  уже  под  стражей.  Заместитель прокурора  предложил  допросить  еще  и  следователя,  который  стряпал  фальшивку.  Возможно,  что он  тоже  появится  в суде  25  февраля.

 

        Адвокат     

                                                М.И.Трепашкин

                                                      Генеральному  прокурору  Российской 

                                                      Федерации 

                                                      Чайке  Ю.Я.     

                                                                                                                                            

                                                 от адвоката КА «Трепашкин  и  партнеры»

                                                       города Москвы Трепашкина Михаила

                                                       Ивановича,   рег. № 77/5012   в  реестре 

                                                       адвокатов гор.Москвы,  …

                                                       моб.тел.:8 916 300 55 39,  эл.адрес:

                                                       treadv@gmail.com

 

                                                       в защиту интересов осужденного

                                                       Черенкова Сергея  Владимировича

 

 

 

Осужден  человек,  который  преступления

не  совершал 

 

 

ЖАЛОБА

на незаконное  осуждение  гр-на  России  Черенкова  С.М.

на  основании сфальсифицированных сотрудниками

 ГУЭБ  и  ПК   МВД  России материалов   

          

 

Город Москва                                                                                 12  июня  2015 года

 

 Уважаемый  Юрий  Яковлевич!

 

       Обращаюсь  к  Вам  как  Генеральному  прокурору  Российской  Федерации  по  факту  явно незаконного  осуждения  гражданина  России  Черенкова  Сергея Владимировича по  ч.3  ст.30,  ч.4  ст.159  УК  РФ  путем  фальсификации  материалов  уголовного дела  сотрудниками  ГУЭБ  и  ПК  МВД  России  во главе  с  бывшим  заместителем начальника  Управления  генерал-майором  Колесниковым  Б.Б.  

 

        Черенков  С.М.  является  одной  из  жертв   провокационной  деятельности  преступного сообщества,  в  отношении  которого  расследуется  Следственным  комитетом  Российской  Федерации  уголовное  дело.    

        К  сожалению,  судья  Пресненского  районного суда  города  Москвы  Долгополов  Д.В.  и  судьи  апелляционной  инстанции  Мосгорсуда  Комлева  Ю.В.,  Светозерская  Ю.М.  и  Жигалева  Е.Б.   не  придали  должного  внимания    на  очевидные  факты   нарушения  УПК  РФ:

       -  в  нарушение  ст.42  УПК  РФ    потерпевшим  принудительно назначили  предпринимателя  и друга  генерала Колесникова  В.В.   – Романенко  А.Н.,  который  утверждает  даже  с  использованием  СМИ,  что он  таковым  не  является и  к  делу  отношения  не  имеет;

     -  в  уголовном  деле  отсутствует  заявление  потерпевшего,  что  необходимо  для  возбуждения  уголовного дела  в  соответствии  со  ст.20  УПК  РФ;

      -  в  основу  возбуждения  уголовного дела  положили  заявление  свидетеля  Алфёрова  В.Е.,  который  является  штатным  подставным  лицом – агентом-провокатором  ГУЭБ  и  ПК  МВД  России  (фигурирует в  нескольких  уголовных  делах);

     -  понятые  не  присутствовали  в  ходе проведения  ряда  оперативно-розыскных  действий,  а  их  подписи  поставлены «задним»  числом (они  подтвердили  это  в судебном  заседании),  -

 

      и вынесли  обвинительный  приговор  в  отношении  заведомо невиновного  человека. 

 

        Более  конкретно  по  существу  жалобы:

 

        I.   26 сентября 2014 года приговором  судьи Пресненского районного  суда  гор.Москвы  Долгополова  Д.В.  (единолично)  Черенков Сергей  Владимирович признан  виновным  в  совершении  преступления, предусмотренного  ч.3  ст.30,  ч.4  ст.159  УК  РФ,   и  ему  было назначено наказание  в  виде  лишения  свободы  сроком  на 3 (три)  года  10 (десять),  со  штрафом  в  доход  государства в  размере  250.000 рублей, без ограничением свободы, с  отбыванием  наказания в  исправительной  колонии  общего  режима. 

     Срок  наказания  исчисляется  с   22  января  2014 года.

     По  этому  же  делу  осужден  гр-н Похилюк  С.М.  к  4  годам  лишения  свободы, со  штрафом  в  доход  государства в  размере  150.000 рублей, без ограничением свободы, с  отбыванием  наказания в  исправительной  колонии  строгого режима  (копии  приговора  и  апелляционного  определения прилагаю).

 

     

            II.  При  вынесении  приговора  существенно  нарушен  уголовно-процессуальный  закон, а  также  положения  ст.6  Конвенции  о защите  прав  и  основных свобод.

 

         Во-первых,    суды  первой  и  апелляционной инстанции незаконно  отказали  в  неоднократных  ходатайствах  обвиняемых  и  их  защитников  о  допросе в  судебном  заседании  потерпевшего  Романенко  А.Н.,  показания  которого  имели  существеннейшее  значение  для  правильного решения  по делу.  Это  является  нарушением  пункта  1  статьи  6  во  взаимосвязи   с  подпунктом  «d»  пункта 3  статьи  6  Конвенции,  влекущим  отмену  приговора. 

         Президиум  Верховного Суда  Российской  Федерации    по  этим  основаниям  отменял  приговоры  после  следующих  постановлений  Европейского суда  по  правам  человека:

       «Мельников  против  Российской  Федерации»  (жалоба  № 23610/03),

       «Кривошапкин   против  Российской  Федерации»  (жалоба  № 42224/04),

       «Кононенко  против  Российской  Федерации»  (жалоба  № 33780/04),

       «Сутягин  против  Российской  Федерации»  (жалоба  № 30024/02),

       «Миминошвили  против  Российской  Федерации»  (жалоба  № 20197/03),

       «Попов  против  Российской  Федерации»  (жалоба  № 26853/04),

       «Владимир  Романов против  Российской  Федерации»  (жалоба  № 41461/02),

       «Трофимов  против  Российской  Федерации»  (жалоба  № 1111/02),

       «Поляков  против  Российской  Федерации»  (жалоба  № 77018/01),

       «Шаркунов  и  Мезенцев против  Российской  Федерации»  (жалоба  № 75330/01),

       «Ильяди  против  Российской  Федерации»  (жалоба  № 6642/05),

       «Ванфули  против  Российской  Федерации»  (жалоба  № 24885/05),

       «Карпенко   против  Российской  Федерации»  (жалоба  № 5605/04),

       «Нечто  против  Российской  Федерации»  (жалоба  № 24893/05),

       «Дамир  Сибгатуллин против  Российской  Федерации»  (жалоба  № 1413/05),

       «Салихов  против  Российской  Федерации»  (жалоба  № 23880/05),

       «Идалов  против  Российской  Федерации»  (жалоба  № 5826/03),

       «Пичугин  против  Российской  Федерации»  (жалоба  № 38623/03),

       «Евгений  Иванов  против  Российской  Федерации»  (жалоба  № 27100/03)  и другие.   См.  лист  л.л.18-19 приложения  «Замечания  властей  Российской  Федерации по  приемлемости  и  существу  жалобы  2Щербатых  против  Российской  Федерации».

           По всем решениям ЕСПЧ  из казны  государства -  России  выплачивались немалые  суммы  компенсации  морального вреда.

 

            В  ходе судебного разбирательства  по делу  и  вынесении   приговора грубо  было нарушено  право  обвиняемого  Черенкова  С.В.  и  его  защитников  на  допрос  в судебном  заседании  «потерпевшего»  Романенко  А.Н.   При этом  был  нарушен  п. d ч.3 ст.6 («Право на справедливое судебное разбирательство»)  Конвенции о защите прав человека и основных свобод (Рим, 4 ноября 1950 г.,   согласно  которому, каждый обвиняемый в совершении уголовного преступления имеет право: 

           «..допрашивать показывающих против него свидетелей или иметь право на то, чтобы эти свидетели были допрошены, и иметь право на вызов и допрос свидетелей в его пользу на тех же условиях, что и для свидетелей, показывающих против него;..»

 

          Отказывая стороне защиты в допросе ключевой  фигуры  -  «потерпевшего» по делу Романенко   А.Н.   в судебном заседании, судья Долгополов Д.В.  грубо нарушил  требования  ст.281  УПК  РФ,  которая  не  давала  ему  право на  оглашение  показаний  Романенко А.Н.  по ходатайству  помощника  прокурора,   так  как  обвиняемые  и  их  защитники  были против  оглашения  и  требовали  явки Романенко  А.Н.  в суд.

 

           Статья 281  УПК  РФ  («Оглашение показаний потерпевшего и свидетеля»)  гласит:

      «1. Оглашение показаний потерпевшего и свидетеля, ранее данных при производстве предварительного расследования или судебного разбирательства, а также демонстрация фотографических негативов и снимков, диапозитивов, сделанных в ходе допросов, воспроизведение аудио- и (или) видеозаписи, киносъемки допросов допускаются с согласия сторон в случае неявки потерпевшего или свидетеля, за исключением случаев, предусмотренных частями второй и шестой настоящей статьи.

       2. При неявке в судебное заседание потерпевшего или свидетеля суд вправе по ходатайству стороны или по собственной инициативе принять решение об оглашении ранее данных ими показаний и о воспроизведении видеозаписи или киносъемки следственных действий, производимых с их участием, в случаях:

      1) смерти потерпевшего или свидетеля;

      2) тяжелой болезни, препятствующей явке в суд;

      3) отказа потерпевшего или свидетеля, являющегося иностранным гражданином, явиться по вызову суда;

      4) стихийного бедствия или иных чрезвычайных обстоятельств, препятствующих явке в суд».

 

          Ни  одного из указанных  в  федеральном  законе  оснований  для  оглашения  председательствующим  показаний  «потерпевшего» Романенко  А.Н.  по  ходатайству  помощника  прокурора  при  возражении  обвиняемых  и их  защитников  - не  имелось.   Романенко  А.Н. – жив,  здоров,  ему  мешало  явиться  в суд  лишь нежелание  быть  каким-то  выдуманным «потерпевшим»  в  провокации  ГУЭБ  и  ПК  МВД  России.   Судья  не  имел  право права  трактовать нежелание  явки  «потерпевшего»   в  суд  как чрезвычайное  обстоятельство. А  в  Пресненском  районном  суде  города  Москвы  этот  юридический  абсурд (мягко  говоря)  становится  характерным  явлением.

 

         Иное,  помимо  ч.ч.1 и 2 ст.281  УПК  РФ,  толкование норм уголовно-процессуального закона, как установлено в Надзорном определении Судебной коллегии Верховного Суда РФ от  9 октября 2012 года № 56-Д12-40, приводило бы к нарушению права обвиняемого допросить свидетеля, показывающего против него, гарантированное ст.6 Европейской Конвенции о защите прав человека и основных свобод, учитывая, что и в ходе следствия сторона защиты была также лишена такой возможности, поскольку очных ставок между этим свидетелем и обвиняемым проведено не было.

 

         Указанное нарушение уголовно-процессуального  закона,  допущенное Пресненским районным судом гор.Москвы, с учетом того, что на стадии предварительного  расследования Черенкову С.В. не  была  предоставлена  возможность  проведения  очной ставки с ключевой  фигурой дела  -  «потерпевшим» Романенко А.Н., в ходе которой он мог бы  задать  ему вопросы,  -  свидетельствует   об   ограничении   прав   обвиняемого, гарантированных  УПК  РФ  и  общепринятыми нормами международного права,  о  нарушении  принципов  состязательности  и равноправия сторон и несоблюдении процедуры  судопроизводства,  что могло существенно  повлияло  на  постановление законного, обоснованного и справедливого приговора.

 

        Данное обстоятельство является основанием для отмены приговора суда в апелляционном порядке.

 

 

         Во-вторых,  суды 1  и  апелляционной инстанций не  дали оценки  тому  факту,  что уголовное  дело  было  возбуждено  по  ст.159  УК  РФ незаконно  и  расследовалось незаконно  - в нарушение  ч.3  ст.20  УПК  РФ,  так  как  не  имелось  заявления  потерпевшего.

 

          Часть  3  статьи  20  Уголовно-процессуального кодекса  РФ  гласит:

      «…3. Уголовные дела частно-публичного обвинения возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего или его законного представителя, но прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым не подлежат, за исключением случаев, предусмотренных статьей 25 настоящего Кодекса. К уголовным делам частно-публичного обвинения относятся уголовные дела о преступлениях, предусмотренных статьями 131 частью первой, 132 частью первой, 137 частью первой, 138 частью первой, 139 частью первой, 145, 146 частью первой, 147 частью первой Уголовного кодекса Российской Федерации, а также уголовные дела о преступлениях, предусмотренных статьями 159-159.6, 160, 165 Уголовного кодекса Российской Федерации, если они совершены индивидуальным предпринимателем в связи с осуществлением им предпринимательской деятельности и (или) управлением принадлежащим ему имуществом, используемым в целях предпринимательской деятельности, либо если эти преступления совершены членом органа управления коммерческой организации в связи с осуществлением им полномочий по управлению организацией либо в связи с осуществлением коммерческой организацией предпринимательской или иной экономической деятельности, за исключением случаев, если преступлением причинен вред интересам государственного или муниципального унитарного предприятия, государственной корпорации, государственной компании, коммерческой организации с участием в уставном (складочном) капитале (паевом фонде) государства или муниципального образования либо если предметом преступления явилось государственное или муниципальное имущество».

 

      Таким  образом,  ЗАКОН  требует  наличие  заявления  потерпевшего. 

 

       Однако,  в материалах  уголовного дела   не  имеется заявления  потерпевшего  Романенко  А.Н.  о  совершении (о  покушении,  о  приготовлении)  в  отношении  него преступления.   Заявление  потерпевшего Романенко  А.Н. (если  он  действительно  потерпевший) должно  регистрироваться  в КУСП в соответствии  с  Приказом  МВД РФ от 1 марта 2012 года № 140 "Об утверждении Административного регламента Министерства внутренних дел Российской Федерации предоставления государственной услуги по приему, регистрации и разрешению в территориальных органах Министерства внутренних дел Российской Федерации заявлений, сообщений и иной информации о преступлениях, об административных правонарушениях, о происшествиях".   Заявление  Романенко  А.Н.  в  КУСП  не регистрировалось.

 

         Таким  образом,  гражданин  Романенко  А.Н. не  является  заявителем  по  делу. Т.н.  «потерпевший»  не  был  лично  знаком  ни  с  Черенковым  С.В.,  ни  с  Похилюком  С.М.,   и  его никто  не  собирался обманывать. Это  подтверждено  всеми  исследованными  материалами  уголовного дела. 

 

        Уголовное  дело  возбуждено  по заявлению  свидетеля  Алферова В.Е. (том 1  л.д.7),  который после подстрекательских  действий написал   заявление  и    дал  добровольное  согласие на  участие  в  провокации  совместно  с  сотрудниками  ГУЭБ  и  ПК    Муллаяровым  С.М.,  Максимовым А.А.,  Абрамовым  С.К., Сундуковым  С.Е.,  действующими  под  руководством  заместителя начальника  ГУЭБ  и  ПК  МВД  России генерал-майора Колесникова  Б.Б.  

          Именно  при организующей  роли  сотрудников  ГУЭБ  и ПК  МВД  России (в  отношении  некоторых  из  них  уже  возбуждено  уголовное  дело  за   создание  и  участие  в  преступном  сообществе,  занимающемся  провокациями)  свидетель  Алферов  В.Е. написал  заведомо ложное  заявление от  21  января  2014 года,  согласно которому  Черенков  С.В.  и Похилюк  С.М.  требовали  с  него  денежные  средства  в сумме  5.000.000  рублей  за  включение  Романенко  А.Н.  в  состав  высшего  политсовета  партии  «Единая  Россия».   В  действительности  с  него никто  ничего не  требовал,  ибо в  противном  случае,  действия квалифицировались  бы  по  ст.163  УК  РФ.

 

          Пункт  5  части  1  статьи  24  Уголовно-процессуального  кодекса  Российской  Федерации  гласит:

   «…1. Уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению по следующим основаниям:

          …5) отсутствие заявления потерпевшего, если уголовное дело может быть возбуждено не иначе как по его заявлению, за исключением случаев, предусмотренных частью четвертой статьи 20 настоящего Кодекса;…»

 

         Часть  4  статьи  20  УПК  РФ указывает  следующие  исключительные случаи:

      «… 4. Руководитель следственного органа, следователь, а также с согласия прокурора дознаватель возбуждают уголовное дело о любом преступлении, указанном в частях второй и третьей настоящей статьи, и при отсутствии заявления потерпевшего или его законного представителя, если данное преступление совершено в отношении лица, которое в силу зависимого или беспомощного состояния либо по иным причинам не может защищать свои права и законные интересы. К иным причинам относится также случай совершения преступления лицом, данные о котором не известны».

        Таким  образом,  очевидно,  что  Романенко  А.Н.  не  подпадает  под  действие  ч.4  ст.20  УПК  РФ,  а,  следовательно,  уголовное  дело  было  возбуждено незаконно -  при  отсутствии заявления  потерпевшего,  если  уголовное  дело  может  быть возбуждено  не  иначе  как  по  его заявлению.

 

         Изложенное  выше обстоятельство  является основанием для отмены приговора суда  и  прекращения  уголовного  дела на  основании  п.5  ч.1  ст.24 УПК  РФ.

 

        Именно  по  такому  пути  идет  и  судебная  практика.  В  частности,  это  следует из  постановления президиума Верховного суда  Республики  Саха (Якутия)   от 21 марта 2014 года  № N 44-У-35   и др.

 

 

        В-третьих, по  уголовному  делу  вообще не  установлено  наличие  потерпевшего,  а  в  качестве  потерпевшего  в нарушение  ст.42  УПК  РФ  привлечено  стороннее  лицо. 

 

         Назначенный в нарушение  требований  ст.42  УПК  РФ быть  «потерпевшим»  Романенко  А.Н.,  четко  и  однозначно  указал  по  обстоятельствам  данного  уголовного дела:

 

         а)  что он не  намеревался заниматься  политикой  и  входить  в  Высший политсовет  «Единой  России»  (все  придумано  было  провокатором  Алферовым  В.Е.);

 

        б)  он не  собирался  давать  деньги  Черенкову  С.В.  и  Похилюку  С.М.  и  никаких  денежных  средств им не  передавал;

 

         в)  он  вообще не  имел никаких  договоренностей  с  Черенковым  С.В.  и Похилюком  С.М.  и  даже не  был  с  ними  знаком,  в  связи  с  чем  они не  могли  требовать  с  него какие-либо деньги;

 

         г)  он  понимал (еще  до начала  всех  мероприятий), что подобные  предложения  -  незаконны,   и  участвовать  в  них он не  собирался. Он  по  просьбе  Алферова  В.Е.  подготовил  пакет  документов  для  оперативной  игры;

 

        д)  никакого  вреда,  материального  ущерба  ему не  причинено  действиями  Черенкова  С.В.  и  Похилюка  С.М.

 

         Даже  начинающий студент  и  то  понимает,  что  при  таких обстоятельствах  нельзя  признавать  лицо  (в нашем  случае  Романенко  А.Н.) потерпевшим. 

 

          Статья  42  УПК  РФ  гласит:  «Потерпевшим  является  физическое  лицо,  которому  преступлением  причинен  физический,  имущественный,  моральный  вред,  а  также  юридическое  лицо  в  случае  причинения  преступлением  вреда  его  имуществу  и  деловой  репутации».

      О  том,  что  при  мошенничестве  потерпевшим  является  лишь  собственник  имущества  (денег),  вытекает  и  из  Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2007 года   № N 51 "О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате".

 

     В  Определении Конституционного Суда РФ от 16 апреля 2009 года № 422-О-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Тараненко Николая Владимировича на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации"  указывается:

            «При этом под хищением, согласно примечанию 1 к статье 158 УК Российской Федерации, в статьях данного Кодекса понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества».  

 

           Деньги,  которые  свидетель  по делу  Алферов  В.Е.  передал   Черенкову  С.  И Похилюку  С.М.  -  не  принадлежат  потерпевшему Романенко А.Н.  и  он не  является  собственником  этих  средств.  Романенко  А.Н.  ни  у  кого  этих  денег не  брал и никого не просил  от  своего  имени  брать  деньги взаймы.

 

            Судья Долгополов  Д.В.,  в  противоречие  с  исследованными в  суде  доказательствами,   совершил  умышленный  подлог, ложно записав  в  приговоре,  что  Алферов  В.Е.  передал  денежные  средства,  «принадлежащие  Романенко  А.Н.»  (лист  2  абзац  4 текста  приговора).

 

           Должностным  подлогом  является  и запись  в  приговоре,  что Алферов В.Е.  якобы  действовал  в  «интересах  Романенко  А.Н.» (лист 2 абзац  1  текста  приговора),  так  как  у  Романенко  А.Н.  никаких  интересов  в  оперативной остановке не  было.

 

           Согласно  п.8 ч.1  ст.220  УПК РФ  в  обвинительном  заключении  должны быть  указаны  «сведения  о  потерпевшем,  характере  и размере  вреда, причиненного  ему  преступлением».   

 

           Как  четко  следует  из  указанной нормы  закона,   в  обвинительном заключении  должны быть  указаны все  три составляющие:

      а)  сведения  о  потерпевшем;

      б)  характер  причиненного  преступлением  вреда;

      в)  размер  причиненного  вреда.

 

           Как  усматривается  из текста  обвинительного заключения  в  качестве  потерпевшего  указан  Романенко  А.Н.,   однако не  указан  размер  причиненного ему  вреда.

 

        В  обвинительном заключении,  в нарушение  ст.42  УПК  РФ, незаконно  указано  в качестве  потерпевшего то   лицо,  которому  не  причинен  и не  мог  быть причинен  какой-либо  вред. 

        Это не  соответствует  требованиям  закона.

        Статья 151 ГК  РФ  разъясняет  понятие  морального  вреда и указывает,  что  моральный  вред -  это  физические  и нравственные  страдания.  Для  возмещения морального  вреда  потерпевшему  в  соответствии с п.2  ст.1101  ГК  РФ  обязательно  учитываются: 1) характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, 2) степень вины причинителя вреда.

        Каков  характер  вреда,  то  есть  физические  либо нравственные  страдания  причинены  Романенко  А.Н.,  -  в  обвинительном  заключении  не  указано.  Не  отражено это и  в  приговоре  суда  первой инстанции.

 

         Следует  отметить,  что назначенный  «потерпевшим»  Романенко  А.Н.  вынужден  был  через  СМИ  требовать  опровержения,  что он имеет  отношение  к  уголовному  делу,  и  МВД  России  вынуждены  были опубликовать  в  ТАСС -  информационное  агентство  России  информацию  следующего  содержания:

      «В  МВД  России  опровергли  информацию  о том,  что  президент  группы Qiwi Андрей  Романенко  пытался  «купить»   за  60 млн.руб.  должность  в  высшем  совете  партии  «Единая  Россия».

       Андрей  Романенко  не  является  потерпевшим  и  вообще  не  имеет никакого  отношения  к  этому  делу»  (распечатка  сообщения  приобщена  к  материалам  уголовного дела).

 

          Доверителем  «потерпевшего» Романенко  А.Н.  свидетель  Алферов  В.Е.  также не  является,  доверенности  в  деле  отсутствуют.

 

        Мошенничеством  может  быть признано такое  действие, в  котором  присутствуют следующие  элементы:

            - человек  действительно хотел  занять  указанную  выше  должность  в  общественной  организации  (партии),

            - у  него  взяли деньги и

            -  обманули. 

       Эти обстоятельства  можно  было  бы  выяснить непосредственно  у  Романенко  А.Н.  в судебном  заседании.

       Обман гражданина -  вот  критерий,  чтобы  можно  было  расследовать  уголовное  дело.   Однако,  обмана не  было   и,  соответственно,  не  было  никакого заявления  от  какого-либо обманутого гражданина.

 

                   

            III.    В  отношении  Черенкова  С.В.  совершена  провокация,  что должно влечь  прекращение  в  отношении него  уголовного дела.

 

       Без  инициирующих  действий  ГУЭБ  и  ПК  МВД  РФ  совместно  с  Алферовым  В.Е. данного  уголовного дела никогда  бы не  было!  Этот  факт  очевиден.

       Оперативный  актер,  систематически  выполняющий  провокационные  роли   в  целях  фабрикации  уголовных  дел по  заданию  сотрудников  ГУЭБ  и  ПК  МВД  России  -   Алферов Вадим Евгеньевич,  27 октября 1963 года рождения, проживающий по адресу: г. Москва, ул. Мусоргского, д.1,  кв. 281,   только  за  последние  2 (два) года,  давал  ложные  показания  о  себе на  следствии  и  в  судах,  по  следующим  уголовным  делам: 

 

        1)   по  уголовному  делу  № 1-421/13  (№№ 1-462/2012,  1-36/2013) в  отношении  Логунова  В.Н. и Голованчикова  М.А.

 

        Алферов В.Е. был признан потерпевшем по данному уголовному делу, выступая как сотрудник ООО «СтройТехРазвитие», что не  соответствует  действительности.

       В результате т.н.  «оперативного эксперимента», проведенного  сотрудниками   ГУЭБ и ПК МВД РФ,  Логунов В.Н.,  Голованчиков М.А.   22  февраля  2012 года были задержаны  и затем  помещены  под  стражу.

           При задержании вышеуказанных лиц присутствовали понятые - братья Трухин В.П. и Трухин  В.П..

       Предварительное следствие проводилось 1 отделом СЧ ГУ МВД России  по  ЦФО по  ч.3  ст.30,  ч.4  ст.159  УК  РФ.

        16 декабря 2013 года Савеловским районным судом гор.Москвы по вышеуказанному уголовному делу повторно был вынесен обвинительный приговор;

 

          2) по  уголовному  делу  № 1-262/2013 в  отношении  Дынник  Г.С. и Барана  О.М.

 

        Алферов В.А.   также был признан «потерпевшим» по данному уголовному делу, выступая   уже  как сотрудник ООО «ГазСвязьСтрой»,  что не  соответствует  действительности.

         11.04.2012 года по результатам т.н. «оперативного эксперимента» сотрудниками ГУЭБ и ПК МВД РФ, в том числе Урядовым С.А. и Зиновьевым А.Е. Дынник Г.С. и Баран О.М. были задержаны и помещены  под  стражу.

          При задержании Дынника и Барана присутствовали понятые - братья В.П. Трухин и В.П. Трухин.

        Предварительное следствие проводилось 1 отделом СЧ ГУ МВД России по ЦФО  по  ч.3  ст.30,  ч.4  ст.159  УК  РФ.   Примечательно,  что  в ходе судебного заседания «потерпевший»  Алферов В.Е. и свидетели понятые братья Трухины ложно утверждали, что друг с другом якобы и не знакомы.

       Необходимо обратить  внимание на то, что Алферов В.Е., действовал на основании доверенности от генерального директора ООО «ГлавСвязьСтрой» Степука В.С., тогда как сам Степук В.С., отказался от заключения агентского договора с Дынником Г.С.  Несмотря на это, Алферов В.Е. продолжал действовать самостоятельно, провоцируя подсудимых на заключение вышеуказанного договора.

        После подписания агентского договора между Дынником и Алферовым и выдачи квитанций в получении денежных средств,  Баран и Дынник были моментально задержаны, не имея возможности выполнить условия договора.

        16 сентября 2013 года Мещанским районным судом г.Москвы по вышеуказанному уголовному делу вынесен обвинительный приговор;

 

          3) по  уголовному  делу  № 1-503/13 (№ 10-5963/14  в  Мосгорсуде) в  отношении  Великой Е.В.,  Надеевой  Ю.Г. и Чубаровой  П.Ю.

 

       Алферов В.А. был признан потерпевшим по данному уголовному делу, выступая  как управляющий директор ЗАО «Мирател».

       11.04.2013 года по результатам т.н.  «оперативного эксперимента» сотрудниками Управления «М» ГУЭБ и ПК МВД РФ, в том числе, Урядовым С.А. и Зиновьевым А.Е., были задержаны Великая Е.В.,  Надеева Ю.Г., Чубарова П.Ю. Предварительное следствие проводилось СУ по ВАО ГУ МВД РФ по г. Москве  по  ч.3  ст.30,  ч.4  ст.159  УК  РФ.

      25 декабря 2013 года Преображенским районным судом г.Москвы по вышеуказанному уголовному делу был вынесен обвинительный приговор. Определением апелляционной инстанции от  29  мая  2014 года Чубарова П.Ю. оправдана. Приговор вступил в законную силу.

 

        Копии  указанных  выше  3-х судебных  решений  прилагаются. 

 

        Из собранных стороной защиты доказательств по уголовному делу №1-503/13, следует, что реально никакой финансово-хозяйственной деятельности ЗАО «Мирател», чьи интересы представлял Алферов, не вела, а услуги, которые ему якобы требовались от обвиняемых, -  являлись абсолютной фикцией.

         Кроме того, Государственная компания «Росавтодор», с которой, согласно показаниям Алферова В.Е., ЗАО «Мирател» намеревалось заключить договор субподряда, не планировала вести строительство логистического центра на трассе М-4 «Москва -Дон», никаких договоров с подрядными организациями не заключала.

         С уверенностью можно констатировать, что Алферовым В.Е. был придуман повод, который позволил ему войти в контакт с осужденными, с которыми он не был знаком ранее. Все его действия и разговоры, направлены на искусственное создание доказательств виновности наших подзащитных в якобы совершаемом в отношении него преступлении. Очевидно и то, что ЗАО «Мирател», деятельность, направленную на извлечение прибыли, не осуществляло и не имело возможности нанять на работу 100 иностранных граждан, реально обеспечить их работой, зарплатой, медицинской помощью, страховкой и жильем.

 

      Тот факт,  что  Алферов  В.Е.  в  одно  и  то  же  время  выступает  сотрудником  разных  фирм (в  действительности  к  которым  отношения  не имеет)  и  систематически  выступает  «потерпевшим»  либо  заявителем  по  уголовным  делам,  реализованным  сотрудниками  ГУЭБ  и  ПК  МВД  России  свидетельствует  о  провокации  и  фабрикации  уголовных  дел.  Такие  действия  должны  пресекаться  с  возбуждением  уголовного дела  в  отношении  провокаторов  и  их  руководителей.  Копия  заявления  защитников  жертв  провокационных  действий  Алфёрова  В.Е. и  его  руководителей  из  ГУЭБ  и  ПК  МВД  России в  СК  РФ -  прилагается.

 

       Судебная  коллегия  по  уголовным  делам Верховного  Суда  Российской  Федерации  своим  кассационным  определением от  12  октября  2011 года  №  4-О11-126  отменила  приговор  Московского  областного  суда  в  отношении  Базановой  Е.Ю.  и  вернула  дело на новое  судебное  рассмотрение,  обнаружив,  что  «потерпевший»  Каримов  Юсуп  Миннигалиевич  в  одно  и  тоже  время  оказался  «потерпевшим»  по  многим  делам,  возбужденным  на  основании  «оперативных  экспериментов»  ДЭБ  МВД  России  (ныне  ГУЭБ  и  ПК  МВД  России).

 

        При этом  Судебная  коллегия  по  уголовным  делам  Верховного  Суда  РФ  отметила:

     «Вместе с тем, в части осуждения Базановой Е.Ю. по эпизодам в отношении К. и ООО "<...>" приговор не может быть признан законным и обоснованным и подлежит отмене с направлением дела в этой части на новое рассмотрение по следующим основаниям.

      Как следует из материалов дела, в ходе предварительного расследования защита заявляла ходатайство о проверке личности заявителя К. ссылаясь на, что паспорт, который им был предъявлен при проведении допроса от 6 октября 2009 года, не выдавался компетентными органами (т. 20 л.д. 44).

      Постановлением следователя от 22 апреля 2010 года это ходатайство защиты было удовлетворено и указано, что установление личности К. будет проведено в ходе производства предварительного следствия (т. 20 л.д. 46), однако данных о том, что оно было выполнено, в материалах дела не имеется.

      В судебном заседании защита повторно заявила ходатайство о необходимости проверки личности К. утверждая, что в отношении Базановой Е.Ю. была совершена провокация взятки, поскольку под фамилией К. скрывается сотрудник милиции К. который неоднократно принимал участие в проведении оперативно-розыскных мероприятий по другим уголовным делам.

      …В качестве неоднократного участия К. по уголовным делам защита просила о приобщении к материалам дела копии протокола судебного заседания Воронежского областного суда по делу Б. и других (т. 28 л.д. 193).

       Суд допросил К. по обстоятельствам получения им паспорта, на который ссылалась защита, однако в приобщении и исследовании копии протокола судебного заседания отказал, сославшись на ст. 252 УПК РФ.

       Вместе с тем, из принятой для обозрения Судебной коллегией копии вышеназванного протокола видно, что указанные в нем данные свидетеля К. полностью совпадают с анкетными данными К. по настоящему уголовному делу (имя, отчество, время рождения и место регистрации). Кроме того, в протоколе указано со слов К. что он является полковником милиции МВД РФ и уже более 20 лет работает в системе МВД, а с 2005 года работает в ОРБ МВД РФ и в его функциональные обязанности входит борьба с преступлениями в сфере экономики оперативно-розыскные мероприятия он уполномочен проводить на всей территории РФ.

      Таким образом, судом не были до конца проверены обстоятельства, на которые защита ссылалась, утверждая, что в отношении Базановой Е.Ю. была совершена провокация сотрудником милиции.

      Между тем, установление личности заявителя по делам о взяточничестве имеет существенное значение, поскольку это обстоятельство связано как с оценкой представленных суду доказательств, так и с квалификацией инкриминируемых Базановой Е.Ю. действий.

      Поэтому при новом рассмотрении дела необходимо более тщательно проверить, не являлся ли К. сотрудником милиции и, с учетом добытых доказательств, дать оценку тому, что К. обращаясь к Базановой Е.Ю. с просьбой о предоставлении ему земельного участка для строительства бетонно-растворного узла, не имел статуса предпринимателя, ООО <...> было организовано и оформлено по предложению самой Базановой Е.Ю., что он с самого начала общения с Базановой Е.Ю. производил записи разговоров с ней, неоднократно предлагал ей наличные деньги, от чего она также неоднократно отказывалась, указывая ему на необходимость перечисления денежных средств в фонд развития района, что с заявлением о привлечении Базановой Е.Ю. к уголовной ответственности К. обратился только 3 октября 2009 года, тогда как оперативно-розыскные мероприятия с его участием и участием З. проводились с 15 мая 2009 года, что денежные средства на проведение оперативно-розыскных мероприятий с самого начала были выделены розыскными органами и что ООО <...> до настоящего времени кадастровая стоимость земли по договору купли-продажи не уплачена. Необходимо также проверить, имелась у оперативно-розыскных органов информация о совершении Базановой Е.Ю. преступлений, поскольку в материалах дела таких сведений не содержится, а факт получения взятки у представителей ООО "<...>" был установлен уже после ее задержания.

      При новом рассмотрении дела необходимо также проверить и иные доводы кассационных жалоб о том, что в отношении Базановой Е.Ю. была совершена провокация взятки».

 

        Алфёров  В.Е.  проводил  провокационные  «опросы»  Черенкова  С.В.  в  период  с  17  по  28  сентября  2013 года,  то  есть до  появления  заявления.

 

       Из разъяснений Верховного Суда РФ следует, что на противоправность провокации со стороны сотрудников правоохранительных органов указывают два критерия, применяемых одновременно:

       а) нарушение при проведении оперативно-розыскного мероприятия норм законодательства (в частности, ст. 6-8, 17 Федерального закона от 12 августа 1995 г. N 144-ФЗ "Об оперативно-розыскной деятельности" и ст. 89, 144, 145 УПК РФ);

      б) отсутствие зарегистрированного в установленном порядке заявления потерпевшего о требовании  с  него  денежного  вознаграждения.

 

        Как  усматривается  из  материалов  уголовного дела,  ни  Черенков  С.В.,  ни  Похилюк  С.М.  вообще  не  разговаривали  с  «потерпевшим»  Романенко  А.Н.  о  каких-либо  деньгах.    Алферов В.Е. совместно  с  сотрудниками  ГУЭБ  и  ПК  разработали  провокационный  план,  в  который  фиктивно  ввели  как  заказчика  должности  в  «Единой  России»  гр-на Романенко  А.Н.  и начали  за  него торговаться,  а  потом  вручили деньги.     Эти действия и  есть  провокация!  Ибо  без  инициирующих  действий  Алферова  В.Е.,  действующего  совместно  с  сотрудниками  ГУЭБ  и  ПК  МВД  России Муллаяровым  С.М., Максимовым А.А.,  Абрамовым  С.К., Сундуковым  С.Е.,  во главе  с  заместителем начальника  ГУЭБ  и  ПК  МВД  России генерал-майором  Колесниковым  Б.Б.,  Черенков  С.В.  и Похилюк  С.М.  никаких  конкретных  действий  не  предпринимали  бы. 

 

       Сам т.н. «потерпевший»   Романенко  А.Н.  говорит,  что  имела  место  инсценировка  покупки  должности, участвовать  в  которой  он  отказался.  «Инсценировка»  в  большинстве  стран запрещена  и  рассматривается  как провокация,  за  исключением  тех дел,  где  речь идет  о  возможных убийствах людей.

 

       Европейский  суд  по   правам  человека  в  постановлении  по  жалобе  N 53203/99  «Ваньян  против  России»  и  в  ряде  других  решений  четко  указал,  что если  не  имелось  предварительных  материалов  в  отношении  конкретного  лица  и  он  совершал   противозаконные  действия  после инициирующих  действий  сотрудников  правоохранительных  органов,  то  такие  действия  содержат  признаки  провокации. 

         Такая  же  позиция  изложена  в  Постановлениях   Европейского  суда  по  правам  человека от 4 ноября 2010 г. по делу "Банникова против России", от  2  октября  2012 года по  делу  "Веселов и другие против России"

 

        Председатель  Московского городского  суда  О.А.Егорова,  в  своей  книге  «Европейская  Конвенция  о  защите  прав  человека  и  основных  свобод  в  судебной  практике» (Москва,  «Проспект»,  2013 г.)  четко  указывает  о необходимости  в  соответствии  со  ст.15  Конституции  России,  ст.1  УПК  РФ,  ст.46  Европейской  Конвенции  о  защите  прав  человека  и  основных  свобод   учитывать  решения  Европейского  суда  по  правам  человека  при  вынесении  решений  по  аналогичным  делам  в  российских  судах.  Игнорирование  этих норм  является  надругательством  над  указанными  нормами  закона  и  мнением  руководителей  судебных  инстанций.

 

        Европейский  суд  по  правам  человека  на  примере  уголовных  дел  по  борьбе  с  наркотиками четко разграничил  два  понятия:

       а)   действия  негласных  агентов  и

       б)  действия  агентов-провокаторов,

       указав,  в частности,  следующее  по  подобной  как  в нашем  деле  ситуации:

       «…полицейские сами создали условия для совершения преступного деяния: вошли в доверие к предполагаемому перевозчику наркотиков, через него вышли на истца, предложили ему деньги, демонстрируя тем самым намерение совершить сделку, после чего «раскрыли» преступление. Иными словами, полицейскими было совершено подстрекательство, т.е. склонение лица к совершению преступления».

              Давая правовую оценку действиям полицейских, ЕС отметил следующее:

            «Правительство в меморандуме заявило, что большое количество государств (включая государства-члены Совета Европы) допускает использование специальных оперативных действий, в частности в борьбе с незаконным оборотом наркотиков. <…> Конвенция ООН о «Незаконном обороте наркотиков и психотропных веществ от 1998 года, а Конвенция Совета Европы от 1990 «Об отмывании, розыске, изъятии и конфискации доходов, добытых преступным путем» - также позволяет использование «негласных агентов», чья роль не имеет ничего общего с «агентами- провокаторами». <…> Разница между двумя видами агентов состоит в том, что в случае с провокацией, действия таких агентов создают преступное намерение, которое до их действий отсутствовало, а во втором случае у правонарушителя уже существовало намерение совершить преступление.»

 

        Далее, устанавливая взаимосвязь между действиями агентов-провокаторов и нарушением п. 1 ст. 6 Конвенции, т.е. права обвиняемого на справедливое судебное разбирательство, Европейский суд констатирует недопустимость использования доказательств, полученных благодаря подобным действиям:

         «Использование негласных агентов должно быть ограничено, а также должны соблюдаться права человека, даже в случаях борьбы с незаконным оборотом наркотиков. Хоть всплеск организованной преступности несомненно вынуждает принимать адекватные меры, тем не менее справедливое отправление правосудия является тем принципом, <…> который не должен страдать от этого. Основные требования справедливости, указанные в статье 6 Конвенции относятся к любому виду преступлений, от самых незначительных до особо тяжких. Общественный интерес не может оправдать использование доказательств полученных при помощи провокаций полиции».

  

          Таким образом, Европейский Суд признал действия полицейских выходящими за рамки разрешённых действий «негласных агентов», а собранные таким образом доказательства – недопустимыми. 

           Что касается деяния, совершённого непосредственно истцом, ЕС дал ему следующую правовую оценку:

         «Таким образом, полицейские спровоцировали совершение преступления, которое в противном случае не имело бы место. Такая ситуация незамедлительно отразилась на справедливости судебного процесса. <…>

          Не имеет под собой оснований утверждение Правительства, что истец был расположен совершить преступления. Из этого следует вывод, что сотрудники полиции не расследовали преступную деятельность г-на Франсишку Тейшейра де Кастру, а оказывали на него такое влияние, чтобы он совершил преступление. <…>

         В свете всего вышеизложенного Суд делает вывод, что действия сотрудников полиции не подпадают под определение действий негласных агентов, так как они спровоцировали совершение преступления и нет никаких доводов в пользу того, что если бы не их вмешательство преступление было бы совершено. Такое вмешательство и использование его в последующем уголовном процессе, означают, что заявитель был лишен права на справедливое судебное разбирательство. Таким образом имеет место нарушение статьи 6 п.1 Конвенции.»

 

       «Провокация (от лат. provocatio — вызов), 1) подстрекательство, побуждение отдельных лиц, групп, организаций к действиям, которые повлекут за собой тяжёлые, иногда гибельные последствия. 2) Предательские действия, совершаемые частными агентами полиции и реакционных партий (провокаторами), направленные на разоблачение, дискредитацию и в конечном счете на разгром прогрессивных, революционных организаций» (Большая  советская  энциклопедия).

 

         Провока́ция — действие или ряд действий с целью вызвать ответное действие / бездействие провоцируемого(ых), как правило, с целью искусственного создания таким образом тяжелых обстоятельств или последствий для провоцируемого(ых)   ru.wikipedia.org

 

         ПРОВОКАЦИЯ (от лат. provocatio — вызов) — действие, направленное на вызов прогнозируемой реакции. Провокация отличается от призыва или побуждения тем, что не содержит прямого указания на ожидаемое действие…

         Идеальная провокация — это когда незначительное событие и даже фраза вызывает отклик и широкую дискуссию во всех слоях общества.

www.politike.ru › Большая актуальная политическая энциклопедия

 

      Факт  провокации  в  отношении  Черенкова  С.В.  очевиден  и  ему  должна  быть  дана  правовая оценка.

 

      Конституционный  Суд  Российской  Федерации (Определение КС РФ от 01.12.1999 N 211-О) разъяснил,  что  доказательства,  полученные  в  результате  незаконных  оперативно-розыскных  мероприятий,  являются  недопустимыми.

 

       Статья 5 Федерального закона  «Об оперативно-розыскной  деятельности»   («Соблюдение прав и свобод человека и гражданина при осуществлении оперативно-розыскной деятельности»)  гласит:

 

         "...   Органам (должностным лицам), осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, запрещается:

         … подстрекать, склонять, побуждать в прямой или косвенной форме к совершению противоправных действий (провокация);.....

        При нарушении органом (должностным лицом), осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, прав и законных интересов физических и юридических лиц вышестоящий орган, прокурор либо судья в соответствии с законодательством Российской Федерации обязаны принять меры по восстановлению этих прав и законных интересов, возмещению причиненного вреда.

        Нарушения настоящего Федерального закона при осуществлении оперативно-розыскной деятельности влекут ответственность, предусмотренную законодательством Российской Федерации».

 

           В  ходе  судебного заседания  нашли  подтверждения  факты   аморальности  и безнравственности поведения свидетеля  Алферова  В.Е.  при встречах с Черенковым  С.В. и с Похилюком  С.М.,    так  как  он согласился на провокацию  и  стремился искусственно создать прямые и косвенные псевдоулики преступления,  врал:

     -   что его знакомый  Романенко  А.Н. желает  занять  должность  в  политсовете  партии  «Единая  Россия», 

      -  что деньги  он  передает  от  имени  Романенко  А.Н.

      В  действительности эти «желания» -  придуманная  фикция,    все  объективно является  наглой  ложью. Алферов  В.Е.,  который  выполнял роль  лжеца,  обманщика  и  провокатора.   Объективно  не  имелось лица,  которого кто-либо  из  подсудимых мог обмануть,  не  было желающих  за  деньги  войти  в  политсовет  партии  «Единая  Россия». По  материалам  дела  таких  лиц не  установлено.  Были  лишь  планы   ГУЭБ  и  ПК  МВД  России  по  втягиванию  в  оперативную  игру  Черенкова  С.В.  и Похилюка  С.М.  

 

            В  тексте  приговора  содержится  немало  бездоказательных предположений,  в  частности,  что  Черенковым  С.В. с  Похилюком  С.М.  был  разработан  заранее  план  по  похищению  чужих  денег.    Как  усматривается  из  материалов  уголовного дела,  деньги  были получены  по расписке  от  21  января  2014 года  и  по договору  доверительного управления  деньгами  (том 1  л.д.21-30).  Следовательно,  переданные  деньги  можно  было вернуть  в судебном  порядке,  в  случае  неисполнении  обязательств.  Эти документы  не  признаны  недействительными  и  их реальность стороной  обвинения  не  оспаривается.

 

          Теория  российского  уголовно-процессуального  права  и  практика  Верховного Суда  Российской  Федерации,  а  также Мосгорсуда  указывают на  то,  что  нельзя  обвинять  и осуждать  человека    на  предположениях.  В  частности,  об этом  указывается:

 

        1)  в  п.4 Постановления  Пленума  Верховного Суда  Российской  Федерации  от  29  апреля  1996  года № 1 «О  судебном  приговоре»  (в ред. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 06.02.2007 № 7):

      «…4. В соответствии со ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, если в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления доказана. В связи с этим судам надлежит исходить из того, что обвинительный приговор должен быть постановлен на достоверных доказательствах, когда по делу исследованы все возникшие версии, а имеющиеся противоречия выяснены и оценены…»;

 

       2) в  надзорном Определении  Верховного Суда  Российской  Федерации   от  11  апреля  2013 года  № 50-Д13-6  (Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе: председательствующего Воронова А.В., судей Ситникова Ю.В. и Эрдыниева Э.Б.)  по  делу  Железова  К.В.,  обвинявшегося  в  покушении  на  сбыт  наркотического  вещества:

        «…В соответствии с требованиями закона (ст. ст. 14, 302 УПК РФ) обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется при условии, если в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления доказана. Все сомнения в отношении доказанности обвинения, если их не представляется возможным устранить, толкуются в пользу подсудимого. Поэтому осуждение Железова по эпизоду покушения на незаконный сбыт 06.08.2008 г. наркотического средства в особо крупном размере необходимо исключить из приговора в связи с отсутствием события преступления»;

 

        3)  в  кассационном  Определении  Верховного Суда  Российской  Федерации   от  28  марта  2013 года  № 12-013-2  (Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе: председательствующего Журавлева  В.А., судей Кулябина  В.М.  и Ситникова Ю.В.)  по  делу  Петрова И.В.  и Патрушева  В.М.:

        «…В соответствии со ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, если в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления доказана. В связи с этим обвинительный приговор должен быть постановлен на достоверных доказательствах, когда по делу исследованы все возникшие версии, а имеющиеся противоречия выяснены и оценены. Признание подсудимым своей вины, если оно не подтверждено совокупностью других собранных по делу и исследованных в судебном заседании доказательств, не может служить основанием для постановления обвинительного приговора, поскольку в соответствии с принципом презумпции невиновности (ст. 49 Конституции Российской Федерации, ст. 14 УПК РФ), согласно которому все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации, толкуются в его пользу.

         При таких обстоятельствах, суд обоснованно принял решение о признании невиновным Петрова И.В. по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. "б" ч. 4 ст. 229.1 УК РФ, и Патрушева М.В. по обвинению в совершении преступления, предусмотренного по ст. 30 ч. 3, 228.1 ч. 3 п. п. "а, г" УК РФ (по эпизоду с 5 по 7 октября 2011 года)»;

 

        4)  в  кассационном  Определении  Верховного Суда  Российской  Федерации   от  25  марта  2013 года  № 49-013-13  (Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе: председательствующего Галиуллина З.Ф., судей Мещерякова Д.А. и  Валюшкина В.А.); 

 

       5)  в  кассационном  Определении  Верховного Суда  Российской  Федерации   от  4 марта  2013 года  № 35-013-7  (Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе: председательствующего Магомедова М.М., судей: Ворожцова С.А.  и Шмаленюка С.И.); 

 

      6)  в  надзорном Определении  Верховного Суда  Российской  Федерации   от  20 марта  2013 года  № 5-Д13-12  (Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе: председательствующего  Старкова А.В.,  судей Безуглого Н.П.  и  Пелевина Н.П.):

    «…В соответствии с ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств.

      Эти требования закона нарушены судом по настоящему делу»;

 

       7)  в  надзорном Определении  Верховного Суда  Российской  Федерации   от  19 ноября  2012 года  № 87-Д12-4:

       «…В соответствии с ч. 4 ст. 302 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств….

       Допущенные судом нарушения закона являются в силу ст. 379 УПК РФ основанием для отмены приговора.

       …Судебная коллегия удовлетворила надзорное представление заместителя Генерального прокурора Российской Федерации и надзорную жалобу осужденного М.; отменила приговор Ленинского районного суда г. Костромы от 18 ноября 2010 г., кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам Костромского областного суда от 17 февраля 2011 г. и постановление президиума Костромского областного суда от 17 июня 2011 г. в отношении М., Г., Ж. и прекратила уголовное дело на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в деянии состава преступления.

       В соответствии с ч. 1 ст. 133 УПК РФ за М., Г. и Ж. признано право на реабилитацию».

 

       8)  в  кассационном  определении Московского городского суда  от  13 февраля 2013 года по делу  № 22-1490  (судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе: председательствующего Зубарева А.И.,  судей Грымовой С.С. и Устиновой С.Ю.)  по  делу  Т.Т.,  у  которого  было обнаружено  11  пакетов  с  наркотическом  веществом:

        «…поскольку согласно ст. 306 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях, решение суда о квалификации действий Т.Т. по ч. 1. ст. 30, п. "г" ч. 3 ст. 228-1 УК РФ, как приготовления к незаконному сбыту наркотических средств в крупном размере, не может быть признано обоснованным».

 

      У  нас  не  преюдициальное  право,  однако  приведенные  выше  судебные  решения  указывают,  как  нужно  трактовать  (руководствоваться, применять) ту  либо иную  норму  закона.

      Я  привел,  возможно,  избыточно  много  примеров  из  судебной  практики,  однако это объясняется  тем,  что очень  часто  в  нынешней  судебной  практике представители обвинения  и  судьи  без  законных  обоснований (опровержений  доводов  защиты),  без  приведения  доказательств  обратного (в  опровержение  доводов  защиты)  упрямо  переписывают  предположения  и на  этих  предположениях  вменяют  действия, не  совершенные  обвиняемыми. 

 

        Доказательств  того,  что  у Черенкова  С.В. возник   умысел на  завладение  денежными средствами  полицейских,  переданных  последними  гражданину Алферову В.Е. для  провокации,  не  было  представлено  стороной  обвинения  ни  в  ходе  предварительного расследования,  ни  в  судебном  заседании.         

 

         Часть  3  статьи  49  Конституции  Российской  Федерации  указывает:

       «Неустранимые  сомнения  в  виновности  лица  трактуются  в  пользу  обвиняемого».

        Суд  первой  инстанции  не  учел,  что не  любой  обман  является  признаком  мошенничества  в  смысле деяний,  обозначенных в ст.159  УК  РФ.  Об этом  в  соответствии  со  ст.126  Конституции  России  разъяснил  Пленум  Верховного  Суда  РФ  в  своем  Постановлении  от  27  декабря  2007  года №  51  «О  судебной практике  по  делам  о  мошенничестве,  присвоении  и  растрате»,  указав  следующее:

           «Обратить внимание судов на то, что в отличие от других форм хищения, предусмотренных главой 21 Уголовного кодекса Российской Федерации, мошенничество совершается путем обмана или злоупотребления доверием, под воздействием которых владелец имущества или иное лицо либо уполномоченный орган власти передают имущество или право на него другим лицам либо не препятствуют изъятию этого имущества или приобретению права на него другими лицами.

  1. Обман как способ совершения хищения или приобретения права на чужое имущество, ответственность за которое предусмотрена статьей 159 УК РФ, может состоять в сознательном сообщении заведомо ложных , не соответствующих действительности сведений либо в умолчании об истинных фактах, либо в умышленных действиях (например, в предоставлении фальсифицированного товара или иного предмета сделки, использовании различных обманных приемов при расчетах за товары или услуги или при игре в азартные игры, в имитации кассовых расчетов и т.д.), направленных на введение владельца имущества или иного лица в заблуждении»  (п.п.1 и 2).

 

         По  делу  не  установлено  фактов  воздействия  на  «потерпевшего»  Романенко  А.Н.,  чтобы  у  него  похитить  деньги.

 

IV.  Обвинение  построено на  недопустимых  доказательствах:

 

         В соответствии с  Приказом  Министерства внутренних дел Российской Федерации, Федеральной службы безопасности Российской Федерации от 17 апреля 2007 года № 368/185/164/481/32/184/97/147 г. Москва  "Об утверждении Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности дознавателю, органу дознания, следователю, прокурору или в суд" допускается представление материалов, документов и иных объектов, полученных при проведении ОРМ, в  копиях (выписках), в том числе с переносом наиболее важных моментов (разговоров, сюжетов) на единый носитель, о чем обязательно указывается в сообщении. В этом случае оригиналы материалов, документов и иных объектов, полученных при проведении ОРМ, если они не были в дальнейшем истребованы дознавателем, органом дознания, следователем, прокурором или судом (судьей), хранятся в органе, осуществившем ОРМ, до завершения судебного разбирательства и вступления приговора  в законную силу, либо до прекращения уголовного дела (уголовного преследования)  – п. 18 названной Инструкции.

 

         В ходе судебных заседаний было установлено, что свой  диктофон (первоисточник) Алферов В.Е. в ГУЭБиПК МВД РФ не предоставлял, оперативными работниками диктофон не осматривался. Оперативным работникам  Алферов В.Е. приносил свои личные диски с записанными на них переговорами,  однако  не  указано,  какой  вид  диктофона  позволяет  осуществлять запись  сразу  на диски.  Не  указано,  каким  образом  аудиозапись  копировались  на  эти диски, с помощью какой электронно-вычислительной техники,   и не  были ли  при этом  монтажа  и  наложений звука.

       Таким образом, оперативными работниками грубо нарушался порядок получения   и  фиксации информации, так как записи переговоров, послужившие основанием к проведению оперативного эксперимента, проводились на не идентифицированное устройство,  первоисточник (диктофон Алферова) не осматривался,  оригиналы записей  прослушаны не были, фоноскопическая экспертиза  на предмет монтажа   и наложений  звука - не проводилась

 

            Следует  принять  во  внимание,  что  оперативно-розыскные  мероприятия,  положенные  в  основу  при возбуждении данного  уголовного дела   проводились   по  противоправной  схеме  провокаций,  как  и  многие  другие,  за  что  ряд  сотрудников  ГУЭБ  и  ПК уже  привлечены  к  уголовной  ответственности Следственным  комитетом  Российской  Федерации.  Ряд  документов  по  данному  делу  подписаны   Колесниковым Б.Б.,  Муллаяровым  С.М.,  т.е.  теми  сотрудниками  ГУЭБ  и  ПК  МВД  России, которым  были  предъявлены  обвинения  в  совершении  тяжких  преступлений.  Данное  уголовное  дело также  является  противоправной  фабрикацией, совершенной  членами  организованного преступного сообщества.

 

             В  приговоре  судьи  Пресненского  районного  суда  города  Москвы Долгополова  Д.В.  от  26  сентября 2014 года содержится  очевидная  фальсификация  обвинения,  в  частности:

 

        1)  записано,  что  суд  якобы  установил,  что Алфёров  действовал  в интересах  Романенко  А.Н.,  хотя  сам  Романенко  А.Н.  на  предварительном  следствии  утверждал,  что  его  интереса  в  получении  должности  в  Высшем  совете  Всероссийской  политической  партии  «Единая  Россия»  -  не  было,   и  он  об этом  никогда никого не  просил.  Установлено,  что  интерес был  лично  у Алфёрова,  действовавшего  совместно  с  сотрудниками  ГУЭБ  и  ПК  в  целях  фабрикации  уголовного дела.  Судья  Долгополов Д.В.  умышленно,  вопреки  всех  имеющихся  доказательств,   сфальсифицировал  запись  об  интересе  Романенко  А.Н.,  чтобы  получился  обвинительный  приговор;

 

        2)  записано,  что  виновность  подсудимых  подтверждается  «материалами  оперативно-розыскной  деятельности  ГУЭБ  и  ПК  МВД  России,  которыми  зафиксирован  факт  совершения  Похилюком  С.М.  и  Черенковым  С.В.  мошеннических  действий  в  отношении Романенко  А.Н.».  Во-первых,  эта  формулировка  относится  к  оконченному  составу  преступления,  а не  к  покушению.  Во-вторых,  Романенко  А.Н.  не  участвовал  ни  в  одном  оперативно-розыскном  мероприятии.

 

        Суд  первой  инстанции  не  дал  оценки  тому  факту,  что  заявление  Алфёрова  В.Е.  от  21  января  2014 года  -  является  заведомо ложным.  В  нем,  в  частности,  записано,  что  Черенков  С.В.  и  Похилюк  С.М.  требуют  с  него  (Алфёрова  В.Е.)  денежные  средства  в  сумме  5.000.000  рублей,  то  есть  он  написал  заведомо  ложный  донос  о  вымогательстве.  Эти обстоятельства  опровергнуты  в  судебном  заседании  (да  и на  предварительном  следствии,  ибо  вымогательство  никто  им не  вменял).

 

       Как  известно,  мошенничеством  признается не  любой  обман,  а  только если  имело  быть  воздействие  на  потерпевшего,  под  влиянием  которого  тот  вынужден  был  передать  денежные  средства.  Кроме  того,  мошенничество  -  это  безвозмездное  противоправное  изъятие  денежных  средств  либо  права  на  имущество.  А  по  данному  уголовному  делу  деньги  передавались  по расписке  и  по  договору  доверительного  управления  денежными  средствами,  что  опровергает  безвозмездность  их  получения (том 1  л.д.21-20).

 

 

V.   Несправедливость  приговора.

 

        Защита  считает,  что  при назначении наказания  Черенкову  С.В.  судом  (в случае  признания, что  он  все  же  виноват  в  содеянном) не  в  полной  мере  учтены  требования  Постановления  Пленума  Верховного суда  РФ  от  29  апреля  1996 года  №  1 «О  судебном  приговоре».

         Пункт  12 Постановления  Пленума  Верховного  Суда  РФ  от  29  апреля  1996  года  №  1  «О  судебном  приговоре»  указывает: «Суды не должны допускать фактов назначения виновным наказания, которое по своему размеру является явно несправедливым как вследствие мягкости, так и вследствие суровости. В соответствии с законом (ст. 60 УК РФ) суд при назначении наказания обязан учитывать характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. Исходя из этого, в приговоре необходимо указывать, какие обстоятельства, влияющие на степень и характер ответственности подсудимого, а также иные обстоятельства, характеризующие его личность, доказаны при разбирательстве уголовного дела в соответствии с требованиями ст. 73 УПК РФ и учтены судом при назначении наказания».

 

        Защита  считает,  что  учитывая  отсутствия  причинения    кому-либо  ущерба  либо вреда,   не опасность  действий Черенкова  С.В.  (т.н. не  представляет   общественной  опасности),  данные  о его личности:

       - ранее к уголовной ответственности не привлекался,  не судим;

       - женат с 1975 года по настоящее время, в браке имеет двух дочерей (1978 и 1982 г.р.), четверо внуков (3, 4, 7 и 17 лет), хороший семьянин, замечательный отец и дед (внуки каждый день ждут дедушкиного возвращения). У него на иждивении находится жена  - инвалид 2-ой группы с 2000 года, а также его мать с отчимом (инвалидом 1-ой группы).  В данный момент вся семья пребывает в глубоком стрессе, так как помимо морального аспекта,   Черенкову  С.В.  почти 60 лет и   он  болен:  позвоночная грыжа, проблемы с пищеводом, с сердцем, а также хронический псориаз с 21 года, который в настоящее время развивается в очень тяжелой стадии, обостряющийся от нервного стресса и невозможности правильного лечения и ухода  в  условиях  изоляции, что доставляет ему дополнительные мучения при нахождении в местах лишения свободы.

       - образование:

      1974–1977. Заочный институт искусств (ныне – Заочный народный университет искусств) по специальности кузнец-художник, г. Москва.

      1991–1996. Институт Современного Бизнеса по специальности финансы и кредит, г. Москва;

        - трудовая деятельность:

      1974–1977. ГПЗ №1, г. Москва. Электромонтер.

      1977–1979. Служба в Советской Армии.

      1979–1981. ГПЗ №1, г. Москва. Кузнец-штамповщик.

      1981–1984. ЖЭУ ГПЗ №1, г. Москва. Электромонтер, плотник, художник.

      1984–1987. РКМДИ (Республиканский Комбинат Монументально-Декоративного Искусства). Кузнец-художник. Есть выставочные работы, одна из них выставлена во Всероссийском музее декоративно-прикладного и народного искусства (г.Москва, ул.Делегатская, д.3).

      1987–1991. Промышленно-художественный кооператив «ПРОМЕТЕЙ». Председатель и организатор данного кооператива. Принимал активное участие в обсуждении законов кооперации.

      Кооператив выполнял государственные и частные заказы. В числе госзаказов в г. Москве: парадный вход «Фонда Мира», ворота Сахаро-рафинадного завода, Данилов Монастырь и некоторые другие церкви Москвы.

      В связи с данной деятельностью, от газеты «Комсомольская правда» в составе первых предпринимателей России ездил в США на дружеский прием с американскими предпринимателями, что являлось для тех времен ярким событием и освещалось также в американской прессе.

      В 1989 являлся кандидатом в депутаты Верховного Совета СССР.

      В 1991, в связи с ростом преступной деятельности в 1990-х и ее влияния на частных предпринимателей, кооператив был закрыт и перерегистрирован в малое государственное предприятие «ДЕНЕБ». В 1994 был уволен с должности Генерального директора по собственному желанию.

      1994–1997. Товарищество с ограниченной ответственностью «СОНС ЛТД». Директор.

      1995–1997. Директор группы «Земляне». Нашел инвесторов и полностью восстановил (реанимировал) известную группу.

      1997–1997. Радио «Резонанс». Заместитель Генерального директора и Заместитель Главного редактора.

      1997–2003. Фонд «Республика». Первый заместитель Генерального директора, Коммерческий директор, Советник генерал-лейтенанта                    А.И.Лебедя в миротворческой миссии на Северном Кавказе. Привлекал инвесторов для выкупа военнопленных на Северном Кавказе.

      2003–2006. ООО «Империя Капитал». Первый заместитель Генерального директора.

      2006–2008. Совет предпринимателей при Мэре и Правительстве Москвы. Заместитель Председателя Совета предпринимателей, Председатель комиссии по межрегиональным и экономическим связям.

      2008–2010. Вольное Экономическое Общество г. Москвы. Председатель комиссии по межрегиональным и экономическим связям.

      С 2010 года и по настоящее время. ООО «Инжиниринговый Многопрофильный Центр». Руководитель уникального проекта «Легкая Вода» и ряда других уникальных инновационных проектов. В обязанности входит реализация и развитие проектов;

      -  положительные  характеристики:

      очень общительный и добродушный человек, с завидным упорством, в людях видит только хорошее, все люди, встречающиеся на его пути, по его мнению, потрясающие и замечательные. Со своей стороны бережет и сохраняет дружеские и деловые отношения в течение всей жизни. У людей, прошедших с ним по жизни, пользуется уважением и определенной любовью. По общему мнению его родных и друзей, минусом его характера является чрезмерная доверчивость и открытость людям, порой даже малознакомым, которые в свою очередь могут это легко использовать в своих целях. Об этом в своей характеристике, представленной в суд, пишет друг семьи Михайлов Александр Яковлевич (народный артист России). В данной ситуации Сергея Владимировича поддерживает также и другой друг семьи Сергей Ростиславович Скачков (бывший солист группы Земляне) со своей семьей. В целом, все многочисленные друзья и деловые партнеры знают Сергея Владимировича только с порядочной стороны, и никогда не воспринимали его как обманщика, мошенника и предателя,  а  также

      - конкретные  обстоятельства  дела,  то  даже  в  случае  признания  его  все  же  виновным,   имеются  все основания  для  применения  к  Черенкову  С.В.   условной  меры  наказания.

 

           Статья 73  УК  РФ  («Условное осуждение»)  гласит:

      «1. Если, назначив исправительные работы, ограничение по военной службе, содержание в дисциплинарной воинской части или лишение свободы на срок до восьми лет, суд придет к выводу о возможности исправления осужденного без реального отбывания наказания, он постановляет считать назначенное наказание условным…

      2. При назначении условного осуждения суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, в том числе смягчающие и отягчающие обстоятельства.

      3. При назначении условного осуждения суд устанавливает испытательный срок, в течение которого условно осужденный должен своим поведением доказать свое исправление…

      5. Суд,  назначая условное осуждение, возлагает на условно осужденного с учетом его возраста, трудоспособности и состояния здоровья исполнение определенных обязанностей: не менять постоянного места жительства, работы, учебы без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, не посещать определенные места, пройти курс лечения от алкоголизма, наркомании, токсикомании или венерического заболевания, трудиться (трудоустроиться) либо продолжить обучение в общеобразовательной организации. Суд может возложить на условно осужденного исполнение и других обязанностей, способствующих его исправлению.

      6. Контроль за поведением условно осужденного осуществляется уполномоченным на то специализированным государственным органом, а в отношении военнослужащих - командованием воинских частей и учреждений…».

 

            К   Черенкову  С.В.  вполне  возможно  было применить  условное  осуждение,  раз  уж  нельзя  выносить оправдательный  приговор.

 

            На  основании  выше  изложенного,  руководствуясь   ст.45  Конституции  Российской  Федерации,  ст.ст.37,  123-124  УПК  РФ, -

 

П Р О Ш У:

 

      1.  Запросить и изучить  материалы  уголовного  дела  в отношении  Черенкова  С.М.    из  Пресненского районного  суда города  Москвы  для  проверки  доводов  настоящее  жалобы.

 

       2.  Направить  в  адрес  президиума  Московского городского  суда кассационное  представление   с  просьбой отменить приговор  Пресненского районного  суда  гор.Москвы    от 26  сентября 2014 года   в  отношении  Черенкова  Сергея  Владимировича,  а  также  апелляционное  представление  Московского городского суда  от 13  марта  2015 года по  изложенным  в  данной жалобе  основаниям,    и  прекратить  в  отношении   Черенкова  С.М.  уголовное  преследование  за  отсутствием  события  преступления,  то  есть на  основании  п.п.1 и 5 ч.1  ст.24  УПК  РФ,  с  правом  реабилитации.

 

        3.  Направить  в  адрес  Следственного  комитета  Российской  Федерации  поручение  об изучении  материалов  уголовного  дела  в  порядке  ст.ст.144-146  УПК  РФ  и  принятия  решения  о  возбуждении уголовного дела   в  отношении  бывших сотрудников  ГУЭБ  и  ПК  МВД  России  Сугробова  Д.С., Колесникова Б.Б.,    Муллаярова С.М.  и др.,  сфабриковавших  уголовное  дело  в  отношении  Черенкова  С.М. 

       

Приложения:   1)  копия  приговора  от  26  сентября  2014 года  и  

                             апелляционного  определения  от 13  марта  2015 года  в 

                              отношении  Черенкова  С.М.,  всего на 31-ом  листе;

                          2) копия  «Замечаний  властей  Российской  Федерации  по  

                               приемлемости  и  по существу  жалобы  «Щербатых  против 

                               Российской  Федерации»,  на 23-х  листах;

                          3)  распечатка информации  с  сайта  ТАСС,  в  которой    

                              содержится  опровержение  МВД  России  о том,  что

                             Романенко  Андрей  является  потерпевшим  по делу,  на 2-х 

                             листах;

                          4) копия  приговора  и  апелляционного  определения  по  делу  в 

                               отношении  Великой  Е.В.,  Надеевой  Ю.Г.  и  Чубаровой  П.Ю., 

                              всего на 56-ти листах;

                          5) копия  приговора  и  апелляционного  определения  по  делу  в 

                               отношении  Дынника  Г.С.  и  Барана  О.М.,  всего на 67-ти

                              листах;

                          6)  копия  приговора  по  делу  в отношении  Логунова  В.Н.  и 

                              Голованчикова  М.А.,   всего на 16-ти листах;

                          7)  копии  2-х  жалоб  адвокатов,  всего на 9-ти листах;

                          8) копии  из  материалов  уголовного дела,  всего на 11-ти

                               листах;

                          9)  копия ордера  № 000267  от 20  декабря 2014 года на  имя

                              Трепашкина  М.И.,   на  1  листе.           

 

 

    Адвокат  

                                                                 М.И.Трепашкин

Please reload

Избранные посты

Банкрот - Шеваров Анатолий Филиппович, полковник центрального аппарата МВД России (или учитесь воровать у сотрудников полиции)

February 15, 2017

1/6
Please reload

Недавние посты
Please reload

Архив